Кундерт оглядел всех троих. При взгляде на Бриггса в его глазах промелькнуло одобрение, и — легкая усмешка при взгляде на Ормака и Макланана.

— Надеюсь, вы в форме, джентльмены, потому что уже завтра в это время вы узнаете, что такое курс подготовки морских пехотинцев. И если вы не готовы, то вас просто пожуют и выплюнут. Если не сможете дотянуть до конца недели или не справитесь со штурмовой винтовкой, то в операции вам не участвовать. Полковник Клайн не станет рисковать безопасностью своих людей из-за неподготовленных офицеров ВВС. Приказы получите у моего адъютанта. — Кундерт повернулся к Джоржу Расселу и генералу Теллеру, показывая всем своим видом, что закончил с этими чужаками.

— Можете идти, — разрешил Рассел. — Рад был наконец познакомиться с вами, генерал Эллиот. Мы будем кратко информировать вас о ходе операции.

Эллиот довольно дружески попрощался со всеми за руку и вышел из зала в сопровождении своих офицеров.

Макланан выглядел слегка ошалелым, но он радовался тому, что услышал в конце совещания.

— Прошло столько времени... Люгер, оказывается, жив. А ведь мы все уже списали его. Но теперь... это просто поразительно.

Эллиот замотал головой, входя в лифт, который повез их наверх. Хотя Секретная служба и была осведомлена, что у них у всех имеется допуск, сам предмет разговора был настолько секретен, что говорить о нем нельзя было ни в коем случае. И, кроме того, в западном крыле Белого дома было полно клерков и репортеров. И потому разговаривать обитатели «Страны грез» начали, лишь когда поданная для них машина Пентагона выехала за ворота Белого дома.

Генерал Ормак повернулся к Эллиоту.

— Кто бы мог подумать — Люгер в Литве! Невероятно. А теперь расскажите нам о своих стычках с Агентством национальной безопасности. Вы действительно уже знали, что это Люгер?

— Да, но не могу сказать, откуда я это узнал, — ответил Эллиот. — Кое-кто знал, что Люгер там, и он ужасно расстроился, когда прошло несколько месяцев, а никто и пальцем о палец не ударил, чтобы вытащить его оттуда. Даже после того, как информация прошла по официальным каналам... Этот человек рассказал обо всем мне, а я — Кертису. Генерал и поднял этот вопрос.

— Слава Богу, что он сделал это, — усмехнулся Бриггс. — Мужики, я не могу дождаться, когда увижу Люгера. Представляете, какую вечеринку мы закатим этому сукину сыну?

Эллиот наградил его суровым взглядом.

— Простите, сэр... Гм, естественно, его сначала будут допрашивать. Потом, наверное, положат в госпиталь и будут держать там, пока не вылечат и не выведут всю дрянь из организма. Но после этого...

— Вы только подумайте, — радостно воскликнул Макланан, — мы вытащим Люгера и к тому же получим последнюю информацию о советском бомбардировщике-"невидимке". Все разом. Как подарок на Рождество!

Все разом заговорили, кроме Брэда Эллиота, который продолжал хранить молчание.

— Какие-то проблемы, сэр? — поинтересовался Ормак.

Эллиот сделал жест, означавший «пустяки», и уставился в окно машины. В Вашингтоне уже почти наступила весна, и обычно это было самое прекрасное время года в столице. Но сегодня в небе висели тяжелые облака, мелкий, но нескончаемый дождь осыпал освещенные улицы, машины. День, который должен был стать радостным, на самом деле был утомительным и серым. А не дурное ли это предзнаменование? Эллиот повернулся к Ормаку.

— Мне не по себе от того, что ни Центр, ни я лично не участвуем в этой операции. Тем более что дело касается Дэвида. Мне кажется, именно мы обязаны вытащить его оттуда. У нас есть специальное оборудование, опыт...

— В проведении подобных операций у нас опыта нет, — возразил Бриггс. — Конечно, мы можем потренироваться, но это займет слишком много времени. А морские пехотинцы и группа «Дельта» постоянно тренируются в проведении таких операций.

— И мы разработали для них «Букашку», — добавил Ормак. — Это значительная помощь с нашей стороны.

— Не надо тешить мое тщеславие, Джон, — с раздражением бросил Эллиот. — Центр — не боевая единица, а орган обеспечения. Я уже привык играть второстепенную роль в важных операциях.

— Так в чем же дело?

— Ни в чем, — ответил Эллиот. — Я знаю, парни, вы проявите себя не хуже этих морских пехотинцев.

— А вот я в этом не уверен, — заметил Макланан. — Пробежать двадцать километров с полной выкладкой? Я пробегаю двадцать километров в неделю, это самое большое, с единственной тяжестью — портативным плеером.

— А я еще много месяцев назад говорил тебе, Патрик, — поддел его Бриггс, — чтобы ты бегал со мной во время ленча, вместо того чтобы постоянно водить в клуб свою девушку. Похоже, теперь мне придется нести тебя.

— Нести меня? И не мечтай!

Эллиот едва прислушивался к их разговору, его мысли вернулись к предстоящей операции. Он понимал, что план морских пехотинцев и спецназа по освобождению Люгера будет хорошо скоординирован и выполнен точно и быстро. В ходе планирования специальных операций предусматриваются самые критические ситуации, и все же что-то смущало его. Что? Он не знал. Но Эллиот не собирался операцию по освобождению Люгера отдавать на откуп исключительно командованию войсками специального назначения. Нет, он спланирует собственную операцию, используя все средства, имеющиеся в его распоряжении.