Габович уставился на Вощанку.

— Но... генерал, если вас захватят в плен или предадут, вы потеряете полный контроль над оружием.

— Меня не предадут, — уверенным тоном произнес Вощанка. — А если меня арестуют или убьют, тогда мне будет наплевать на то, что случится с этим оружием, не так ли? — Он ухватился за цепочку, но Габович вырвал ее.

— И еще кое-что, генерал, перед тем как я передам вам ключи от ада. — Габович самодовольно улыбнулся: — Мы с вами заключили соглашение, сделку. Вы разгромите литовскую и белорусскую оппозицию, выдворите все войска СНГ из Литвы и Калининградской области, но «Физикоус» оставите мне и людям, которых назначу лично я без всякого вмешательства с вашей стороны. «Физикоусу» и его служащим будет обеспечена полная безопасность, отличное снабжение продуктами, комфортные условия, поставки сырья. Эти три боеголовки и еще девять, которые вы получите в течение месяца, а также техническая помощь в управлении пятьюдесятью советскими ракетами, спрятанными в шахтах на территории Беларуси, и будут платой за нашу защиту. Все остальное оружие, которое мы создали, будет продано нами за наличные. Договорились?

— Я уже дал вам свое согласие.

— Поклянитесь, — предложил Габович. — Вы верите в Бога и Иисуса Христа, в святых и царство небесное — так поклянитесь Богом и Иисусом Христом, что не нарушите нашего соглашения.

Теперь настала очередь Вощанки улыбнуться.

— Похоже, вы не доверяете мне, генерал Габович.

— Не доверяю.

— Разумно, — самодовольно заметил Вощанка. — Я вам тоже не доверяю. Я испытаю системы, которые вы устанавливаете в моем штабе, и, после того как мы разберемся со всем этим оборудованием, я изменю их местонахождение и порядок работы, чтобы вы не смогли вмешаться.

— А мы предпримем свои меры безопасности на этот случай, — заявил Габович. — Вы будете контролировать оружие в случае его использования против врагов, а мы будем контролировать его, чтобы оно не было использовано против нас. И, как только первый белорусский солдат появится на территории «Физикоуса» без нашего разрешения, это будет означать конец нашего соглашения, и в этом случае мои помощники и я направим все наши усилия, не говоря уж об оружии, против вас.

— Кто-то может клясться Богом и святыми, генерал, но я клянусь тем, во что действительно верю, — вот этим! — Вощанка громко рассмеялся и положил правую руку на промежность. — Нам всем это понадобится в ходе войны, не так ли? — Он снова рассмеялся и хлопнул бывшего офицера КГБ по спине, заметив появившееся на лице Габовича изумленное выражение. — Я клянусь соблюдать наше соглашение, генерал Габович. И, хотя я понимаю, что доверять вам нельзя, сотрудничать с вами буду. Наша победоносная борьба за создание империи Беларусь начинается немедленно.

Белый дом, Вашингтон,

11 апреля, 21.01 по среднеевропейскому времени.

Президент США прищурился. Свет телекамер ослеплял его, затрудняя чтение карточек с напечатанным текстом, лежавших перед ним на трибуне.

Никакого заранее подготовленного телесценария не было, пресс-конференция, проходившая в Восточном зале Белого дома, носила «неофициальный» характер. Обычно подобные мероприятия проводились в пресс-зале, но нынешний президент вскоре после вступления в должность заметил в приватной беседе со своими помощниками, что в пресс-зале слишком жарко и слишком тесно. Поэтому проведение пресс-конференций перенесли в более просторный, с позолотой, Восточный зал, где Рональд Рейган и Ричард Никсон провели так много своих телевизионных пресс-конференций. Прекрасно приспособленный для этого красивый зал позволял новому президенту и его администрации ощущать всю полноту власти.

А президенту сегодня несомненно требовалось подобное ощущение. С момента вступления в должность б январе он впервые оказался лицом к лицу с крупным международным конфликтом.

— ...События прошлой недели в Вильнюсе вызвали у нашей администрации большую озабоченность будущим Литовской республики и всех независимых балтийских стран...

В отличие от своего предшественника, который был специалистом в области международных отношений, нынешний, похожий на ученого, президент являлся специалистом в области внутренних дел и экономики, что и помогло ему победить на выборах. И, несмотря на то что заслугой прежней администрации стал развал мирового коммунизма, нерешенные внутренние проблемы привели к ее поражению на выборах.

Но сегодня президент намерен был проявить свое умение разбираться и в международных делах. К лацкану его пиджака возле сердца была прикреплена траурная лента в память о погибшем сенаторе Чарльзе Вертунине.

— Смерть сенатора Вертунина, о котором мы все скорбим, еще раз продемонстрировала, что даже в этом мирном регионе, ставшем на путь демократии, мы должны быть готовы дать отпор вооруженным провокациям и репрессиям. Сейчас Объединенное военное командование стран СНГ ввело временный запрет на все полеты — как военных, так и гражданских самолетов — через страны Балтии без предварительного разрешения. Кроме того, похоже, войска СНГ активизировались, особенно в Литве: тысячи солдат передвигаются по территории страны. Но мы до сих пор не видим причин для этой явной агрессии по отношению к независимым республикам. Происходит очевидное нарушение договора между СНГ и Литвой. О причинах мы можем только догадываться, но действия СНГ очень напоминают действия Саддама Хусейна и иракской армии за несколько недель до вторжения в Кувейт. В Литве и Эстонии проживают свободные, законопослушные, мирные граждане, которые во многом привержены тем же идеалам, что и американцы. Мы хотим дать ясно понять всем, что Соединенные Штаты готовы предпринять ответные шаги: сначала с помощью средств дипломатии, потом — экономических санкций, а в случае необходимости готовы применить и силу. В соответствии с курсом нашей политики в этом регионе я дал указание госсекретарю Данахаллу подготовить и направить сегодня в Совет Безопасности ООН резолюцию, призывающую к немедленному и полному, без всяких условий, выводу — под наблюдением ООН — всех иностранных войск и военизированных подразделений из государств Балтии. Я понимаю всю сложность ситуации в странах Балтии в плаке организованного вывода войск СНГ с территории оккупированной в прошлом Литвы, и все же подобный вывод должен осуществляться мирно, без вооруженных столкновений. Соединенные Штаты готовы оказать помощь. Мы верим, что проблему можно разрешить мирным путем.

На президента посыпались вопросы журналистов. И хотя он вместе с помощниками составил четкий план своих ответов, отвечать ему на самом деле совершенно не хотелось. Президент, однако, понимал, что невозможно уйти из Восточного зала, не ответив на вопросы прессы. В такие моменты ему хотелось, чтобы трибуна была оборудована какой-нибудь защитой от банды журналистов. Очень часто журналисты напоминали ему персонажей из фильмов Клинта Иствуда: Хороший, Плохой, Ужасный. Президент подмигнул пресс-секретарю. Этот условный сигнал означал, что пресс-конференцию следует прервать через пять минут.

— Господин президент, — начал репортер Си-эн-эн, — вы говорите, что проблему можно, разрешить мирным путем, но Беларусь обвиняет Соединенные Штаты в подготовке военной операции в ответ на события в Вильнюсе. Это правда?

— Ох... Я призываю правительство Беларуси провести всестороннее расследование событий у ядерного центра Денерокин, — ответил президент. — Это расследование должно выявить виновных в гибели сенатора Вертунина. Но пока я слышу из Беларуси только угрозы предпринять ответные шаги. Мы не вынашиваем никаких планов мести. Но, возможно, мы будем просто вынуждены действовать, если СНГ будет мешать проведению расследования и настаивать на закрытии воздушного пространства Литвы для коммерческих рейсов.