— Я просто стараюсь быть честным и убедить тебя, что ты не должна бояться меня. — Он нетерпеливо взглянул на мачту. — Я знаю, ты не понимаешь. Я и сам этого не понимаю, но тебе удалось каким-то образом все изменить. Ты теперь моя. Мы связаны вместе преступлением твоего отца. Но я не обижу тебя, Аллегра. Клянусь могилой моей матери. Могилами великих Фиори, — добавил Лазар и пошел прочь.

Опешив от неожиданности, Аллегра смотрела ему вслед.

Он мошенник. Он не Лазар ди Фиори.

И ее отец не предал короля Альфонса. И мама убила себя не из-за того, что было на совести отца.

Лазар вошел в кают-компанию, примыкавшую к его каюте, просторную комнату, служившую и столовой, и гостиной. Викарий оторвался от книги и поднял голову, когда хлопнула дверь.

— Я придушу ее! — Лазар направился к шкафчику с напитками и налил себе бренди.

— Ах, отказ? Непривычно для тебя, мой мальчик, а? — усмехнулся викарий.

Лазар одним глотком осушил бокал и повернулся к улыбающемуся наставнику:

— Она ненавидит меня.

— Добро пожаловать в мир простых смертных. Лазар сухо взглянул на викария:

— Да, твое сочувствие безгранично. — Он вздохнул, глядя в пустой бокал. — По крайней мере она покинула постель.

— Приходит в себя?

— Еще как!

— Это хорошо. — Викарий кивнул. — Постарайся проявить к ней терпение, мальчик. Девушке необходимо позлиться. Было бы неестественно, если бы она не испытывала гнева.

Лазар пожал плечами:

— Она мне нравилась больше, когда была одурманена опием. — Не находя себе места, он подошел к иллюминатору. — Как мне вести себя с ней, викарий? У меня такое ощущение, будто я делаю все невпопад.

Англичанин лишь рассмеялся.

— Чему ты так радуешься? — пробормотал Лазар, уставившись вдаль. — Тебе нравится смотреть на мои страдания?

— Очень. Никогда не видел, чтобы женщина так действовала на тебя.

— Как — так? — Лазар уставился на волны, внезапно ставшие голубыми. На востоке солнце пробивалось сквозь утренние облака.

— Эй, капитан, ты что, плохо слышишь?

— М-м?

— Я только что спросил, забрал ли ты семейные реликвии, которые искал в казначействе Маленькой Генуи?

— Ах да! — воскликнул Лазар. — Одну минуту, сейчас покажу.

Он прошел в каюту, открыл сейф, вытащил древний меч отца и несколько самых красивых украшений матери. С любовью вглядывался Лазар в ожерелье из бриллиантов и аметистов, когда-то оттенявших ее фиалковые глаза.

Пока Викарий восхищался драгоценностями, Лазар вытащил длинный сверток, обернутый в мешковину.

— Эксцельсиор, — благоговейно выдохнул он.

Взявшись за рукоятку огромного меча, Лазар вытащил его из ножен, украшенных драгоценными камнями. Широкое обоюдоострое лезвие сверкало золотом. Меч был тяжелее абордажной сабли. Лазар передал ножны викарию, потом вытянул меч перед собой.

— Первый король Фиори, Бонифаций Черный, изрубил вторгшихся сарацинов этим мечом. Спустя пару сотен лет французские крестоносцы, построившие первый пост у Белфорта, попытались захватить остров. На этот раз мятеж был подавлен королем Сальваторе Четвертым. Этот меч обезглавил двадцать мятежных рыцарей.

Викарий изумленно покачал головой.

— Понимаешь, все, кто вторгался на остров Вознесения, так или иначе оставили свой след. Хотя первоначально это была исправительная колония Римской империи, куда отправляли самых опасных преступников, чтобы они доживали здесь свой век в тяжелом труде на мраморных карьерах. • Викарий хмыкнул:

— Твои предки.

— Боюсь, что так.

Встав в боевую позицию, Лазар попытался махнуть мечом из стороны в сторону. При этом лезвие выгнулось и зазвенело.

Лазара потрясло ощущение меча в руке.

— Мальчиком я не мог поднять его. И поэтому видел в отце божество.

Он вспомнил рассказы о том, что Эксцельсиор все еще был в руке Альфонса, когда его тело нашли на месте расправь!. На мгновение Лазар умолк, рука с мечом опустилась, и смертоносное острие уперлось в истертый персидский ковер.

Когда они добрались до перевала Дорофио, мама взяла спящую маленькую Анну к себе на колени и откинулась на подушки.

— Боже! — сказала она. — Каким бурным было море! Слава Богу, что мы все уже на суше и в безопасности. — Едва она успела произнести эти слова, как прозвучали первые крики.

— Лазар? — словно издалека донесся до него голос викария.

Они появились словно из ниоткуда, с пистолетами и ножами. Отец, отдав распоряжения охране, выскочил из кареты с обнаженным Эксцельсиором, и на мгновение люди в масках испугались.