Или ее нет в живых.

Закрыв глаза и упершись лбом в седло, Рейн попытался ощутить девушку, ухватиться за тонкую нить, которая сказала бы, что Микаэла жива. Ничего не вышло. Тогда он представил ее в тепле и безопасности, давая волю гневу на Николаса за то, что он использовал ее, и на саму Микаэлу за то, что она рисковала жизнью. Он старался равномерно дышать, затем поднял голову, взглянул на распахнутые двери и темную ночь за ними. «Пусть она будет жива, – молился он сам не зная кому, – пожалуйста». Внезапно он прыгнул в седло, развернул коня и поскакал к причалу. Он возьмет в помощь несколько человек и не остановится, пока не найдет Микаэлу. А потом не отпустит ее от себя, пока не кончится война.

Рейн смотрел на собравшихся за столом людей; их было около десятка. Он безуспешно разыскивал Микаэлу до самого рассвета, а затем потратил все утро, чтобы принять это решение. Они поклялись ему в верности, когда нанимались на борт, а теперь дали слово хранить тайну. Никто не знал причин такой секретности, все принимали слова Рейна на веру, но он знал: они скорее умрут, чем нарушат клятву.

– Джентльмены, требуется найти даму. Причем искать крайне осторожно, поскольку от этого зависит ее жизнь.

– Кто она, сэр?

– Девушка, которая стреляла в меня.

Кто-то из собравшихся нахмурился, кто-то улыбнулся.

– Хотите наказать ее?

– Нет, мистер Ашбурн, мы собираемся ее защитить. Тот удивленно посмотрел на товарищей.

– Как скажете, капитан.

– Именно так.

Всю ночь он раздавал деньги, надеясь с их помощью открыть глаза обитателей лондонского дна. Он заплатит за любую информацию и уверен, что воры, уличные мальчишки и вдовы не откроют рта перед местной полицией. Опыт выживания на улицах Цейлона приносил плоды.

– С чего начнем, сэр?

Рейн описал Микаэлу, не называя ее имени.

– Нужна только информация, ниточка, которая укажет место. Никаких действий. – Он не хотел, чтобы кто-то из них пострадал. – Мистер Бейнз останется на борту. Докладывайте ему или лично мне. Мистер Поупл, мистер Бушмара начнут с таверн. – Юный англичанин улыбнулся, Фади Бушмара нахмурился, он был мусульманином, спиртное ему запрещено. – Надеюсь, вы не налакаетесь эля или еще чего-нибудь такого?

– Конечно, сэр. – Фади бросил уничтожающий взгляд на своего товарища, и Энди Поупл мысленно выругался.

– Господа Веслик, Бэзинья, Салвен и Бигби займутся доками, а мистер О'Тул – ирландскими кварталами.

Рыжеволосый матрос кивнул, и Рейн предупредил его, чтобы до рассвета тот не вздумал пить с соплеменниками.

– Господа Квимби, Нидгем и Бесувик прочешут улицы. Эти были англичанами, уроженцами восточной части Лондона и могли легко раствориться в толпе.

– А вам, месье Жильбер, выпала честь проверить «ночных бабочек» города.

Все прямо зарычали, возмущенные такой несправедливостью, но Рейн взглядом приказал им успокоиться.

– Если бы здесь находился мистер Мэтьюз, он бы взял этот труд на себя. Но поскольку его нет, хорошо подвешенный язык месье Жульбера весьма пригодится в разговоре с дамами.

– Согласен, – кивнул бельгиец. – Доставить им немного удовольствия, да? – Мужчины ухмыльнулись, и он смерил их надменным взглядом. – Я умею обращаться с девушками, а вы способны только взгромоздиться на них.

– Я не говорил, что вам предстоит действовать, сэр. – Рейн с трудом сдержал улыбку, ибо у парня был такой вид, словно ему предложили отрезать весьма важную часть его тела.

– Но, капитан, удовлетворенная женщина расскажет больше…

– Чем возбужденная и оставленная без внимания?

– Не могу обещать, что не поддамся угрозам, – сообщил Жильбер.

– Мне остается лишь надеяться, месье…

Рейн повернулся к Кабаи, и тот едва заметно кивнул, давая понять, что осознает несоответствие своей внешности.

– Могу я спросить, что намерены делать вы, сэр? – поинтересовался Бейнза.

– Нет. – Зачем говорить им о том, что он собирается в такие места, куда этих людей и на порог не пустят. – Все свободны.

Задержался только Лилан.

– Зачем ты опять ищешь девушку?

– Она потерялась.

– А может, она не хочет, чтобы ее силой тащили домой.

– Это решать не ей. – Взгляд Рейна был холоден, как северный ветер.

Лилан пару секунд смотрел на капитана, затем, пряча улыбку, вышел.