– Поплыву на середину реки! – сказал Сорокин друзьям. – Там должен быть косяк.

С этими словами он отчалил от берега и направился туда, где река, разливаясь, становилась вдвое шире. Вскоре налоговик скрылся за изгибом берега. Оперативники продолжили наблюдать за качающимися на волнах поплавками.

– Слышь, Георгич, – обратился Ларин к Соловцу, – как думаешь, сколько рыбы нужно на уху?

Майор задумался.

– Смотря по скольку порций мы собираемся съесть, – ответил он.

– Под водку уха пойдет хорошо, – резонно заметил Ларин.

Вдруг со стороны, куда на лодке удалился Сорокин, раздался крик, заставивший оперативников вздрогнуть и насторожиться. Вскоре крик повторился. Соловец и Ларин отложили удочки и побежали по берегу в направлении, откуда доносился голос налоговика. К ним присоединился Волков. Милиционеры обогнули мыс и сразу поняли, в чем дело. Метрах в двадцати от берега резиновая лодка с Сорокиным быстро погружалась воду, рядом с ней в воде барахтался Дукалис. Он размахивал подводным ружьем, пытаясь что-то объяснить налоговику. Минут через пять лодка скрылась в воде, а Сорокин и Дукалис поплыли к берегу.

Когда они вышли из воды, их окружили оперативники.

– Что случилось, мужики? – спросил Соловец.

– Ты у него спроси, – сказал Сорокин, показывая рукой на Дукалйса.

С Антона струями стекала вода, вид у него был растерянный. Оперативники посмотрели на Дукалйса, облаченного в маску и ласты и держащего в руках подводное ружье.

– Я там нырял, – начал объяснять Дукалис. – Смотрю, плотва плывет. Здоровенная! Вот такая. – Старший лейтенант показал руками размер рыбы. – Ну я по ней пальнул, – продолжил он. – Немного промазал, гарпун совсем рядом прошел.

– Зато в лодку попал, – мрачно сказал Сорокин.

Все молчали, оценивая сложившееся положение.

– Как теперь обратно добираться будем? – размышляя, произнес Соловец.

– У меня в школе по плаванию тройка была, – попытался пошутить Волков.

– Да… тяжелый случай, – сказал Ларин. – Без поллитры тут не разобраться.

Друзья согласились с капитаном, и вскоре компания расположилась на солнце вокруг откупоренной бутылки. Сорокин повесил мокрую одежду на осину. Обсуждение случившегося не заняло много времени. Было решено возложить ответственность на Дукалйса и отправить его вплавь на берег за помощью. Старший лейтенант пытался возражать, но в конце концов ему пришлось согласиться с мнением большинства.

– Выйдешь на дорогу, оттуда три километра до лес ничего, – сказал Сорокин. – Если повезет, поймаешь попутку.

– А если не повезет? – отреагировал Дукалис.

– Доберешься пешком.

Закончив обсуждение, оперативники и налоговик направились рыбачить дальше, а Дукалис пошел в лес искать бревно, чтобы с его помощью преодолеть речной простор. Спустя полчаса бревно было найдено, старший лейтенант выволок его на берег и, получив последние напутствия от коллег, пустился в плавание.

Сначала все шло хорошо. Оперативник энергично работал руками и ногами, остров остался за спиной, а впереди начали вырисовываться очертания большой земли. Однако через некоторое время Дукалис почувствовал, что дальше от берега течение становится сильнее. Старший лейтенант безуспешно пытался его преодолеть. Вскоре бревно вместе с ним оказалось далеко внизу по течению.

– Эй, кто-нибудь! – закричал Дукалис. – Помогите!

Охрипший голос оперативника одиноко прозвучал

над темной речной водой. На пустынном речном берегу не было никого, кто бы его услышал и протянул руку помощи.

– По-мо-ги-те! – надрывался Дукалис.

– Ите! Ите! – отвечало эхо.

К счастью, вскоре река начала сужаться, и на одной из ее излучин течение вынесло милиционера на берег. Оставив бревно, старший лейтенант углубился в прибрежную рощу в поисках человеческого жилья. Минут десять он брел среди деревьев. Один осинник; попавшийся ему на пути, оказался особенно густым. Вдруг, когда оперативник наконец выбрался из кустов, чья-то ладонь сзади легла на широкое плечо Дукалиса. Вздрогнув, он оглянулся. То, что увидел оперативник в следующее мгновение, заставило его усомниться, не является ли происходящее вокруг сном. Перед милиционером стоял индеец. Самый настоящий индеец, каких Дукалис видел в детстве в восточногерманских фильмах и позже в американских боевиках!

– Хао, бледнолицый брат, – сказал краснокожий и сделал приветственный знак рукой.

– Добрый день, – неуверенно произнес Дукалис.

– Рад видеть тебя на стоянке Одинокого Бизона, – продолжил индеец.

Только сейчас оперативник сообразил, что сын прерий разговаривает с ним на чистом русском языке.

– Одинокий Бизон – это вы? – поинтересовался старший лейтенант.

– Я Орлиный Глаз.

– Анатолий, – в свою очередь, представился оперативник.