— Я хотел остаться и поговорить с вами после ужина, и вы это знаете.

— Ну вот, мы и поговорим, пока будем спускаться. Будьте добры, выключите свет. Дверь надо просто захлопнуть.

— Мне и раньше приходилось закрывать двери, — проворчал он. — Почему вы не даете мне возможности сказать вам, как вы были хороши сегодня вечером?

— Об этом вы и хотели поговорить?

— Частично. Вы выглядели сногсшибательно. Я хотел... сказать вам об этом.

— Спасибо.

— Мне правится, когда девушка современна, нормальна и обладает ровным характером. Такая, как вы, Саманта. Мне не нравятся девушки, которые источают патоку, сладкоречивы. Или театральны. И если бы у меня была дочь, которая крепко и продолжительно целовала бы меня в губы, я отлупил бы ее по молодому задику щеткой для волос.

Я подавила смешок.

— Боже, как мы старомодны!

— Я бы скорее имел оборотней в саду, чем Электру в доме. — Он искоса взглянул на меня. — А в коридоре тоже надо погасить свет?

— Нет. — Я притворно нахмурилась. — Он горит здесь всю ночь.

Мы почти дошли до лестницы, когда я ощутила на своих плечах его руки. Мое сердце подпрыгнуло, когда он повернул меня к себе.

— Куда мы идем, Саманта? — тихо спросил Ричард.

— Я иду к себе в комнату, а, поскольку вас пригласили остаться, вы идете в свою!

— Я имею в виду нас с вами. Когда закончим здесь работу. Я увижу вас снова?

— За этими стенами империалистической России лежит Америка, Ричард, — мне самой стало противно от моего легкомысленного тона, — свободная страна.

Он с серьезным видом кивнул:

— Послушайте, Саманта. Я все набирался наглости попросить вас о свидании с тех пор, как, вернувшись из очередной командировки, увидел, как вы барабаните по клавиатуре пишущей машинки для старины «Руки» Андерсона в «Секретах». Положим, если бы я попросил вас об этом, то что бы вы ответили?

— Вы не попросили. Как же я могу теперь знать?

— Но что вы могли ответить, Саманта?

Я вспомнила множество одиноких вечеров и ночей, когда я, собрав материал, писала своп статьи... и видела Ричарда в офисе множество раз и замечала, как все девушки бросают на него взгляды...

— Я могла сказать «да».

— Значит, у меня нет серьезного соперника?

— Нет. Я всегда была слишком занята делами, мечтала получить работу, именно такую, как биография Кастеллано, чтобы задумываться о свиданиях.

— И вы рады, что добились? Вы счастливы?

— Вполне.

— И у вас совсем нет времени, чтобы уделить его немного мне?

— Мы вместе работаем, Ричард. Помните? Через неделю я получу все необходимые материалы, остались лишь мелкие детали, и мы вернемся в Нью-Йорк.

— И вы пойдете со мной поужинать? — спросил он недоверчиво.

Я улыбнулась:

— С большим удовольствием.

— Хотел бы я уметь разговаривать так, как умею обращаться с камерой! Я бы сказал, какая вы замечательная и что я думаю о вас, Саманта...

Но слова ему больше не понадобились — он собирался меня поцеловать. Я увидела это в его глазах. Его руки сжали меня сильнее, и я инстинктивно подалась ему навстречу. Потом прижалась к нему и глаза мои закрылись. Меня еще никогда никто так не целовал. Медленно открыв глаза, посмотрела на него и увидела, что он испытывает такое же сильное влечение. Мы медленно отстранились друг от друга и направились к лестнице.

— Ты должна быть осторожна, бродя по этому мавзолею в тонком халатике и прозрачной ночной рубашке, — голос у Ричарда слегка охрип, — это опасно, Саманта...

Не знаю, что разбудило меня среди ночи, но вдруг я обнаружила, что сижу на кровати выпрямившись и чутко вслушиваюсь в темноту. Потом робко выглянула через шелковые занавеси полога, прикрывавшие мою королевскую кровать. Полоска лунного света просачивалась из окна, и, хотя сквозняка не было, шторы чуть слышно шелестели. Может быть, этот шелест меня и разбудил? Но бояться нечего. Стена за моим окном была высокой, а отвесные скалы и море под ней делали подступ к окну невозможным.

Мой страх медленно отступал, и, раздвинув полог, я выскользнула из постели. Было так холодно, что меня охватила дрожь. Я быстро пересекла комнату, подошла к окну, закрыла его и плотно задернула шторы. И уже собиралась снова нырнуть в постель, как услышала другой звук — легкий щелчок поворачиваемой ручки двери.

Я замерла на месте.

Мое воображение тут же вновь нарисовало бородатое лицо Саши, вглядывающегося в меня поверх пламени свечи... Я тихо прокралась по толстому ковру к двери и нащупала ключ. Он оказался на месте, дверь была заперта. Я с облегчением прислонилась к стене, сердце громко стучало...