Вскоре вернулся Зак.

Незадолго до сумерек Кэйт, услышала конский топот. Думая, что вернулся Зак, она продолжала стряпать. Вдруг тяжелый мужской кулак обрушился на дверь, наполнив дом грохотом. Вытерев руки о передник, она поспешила к двери. На пороге стоял Райан Блейкли.

Как обычно, при виде Райана сердце у Кэйт оборвалось, но она справилась с собой. Теперь не было причины бояться его. Что бы ни делал Райан, он уже не мог протянуть лапы к Миранде. Эта мысль сразу принесла ей облегчение.

— Привет, Райан.

— Это правда? — угрожающе спросил он. Кэйт поняла, о чем он спрашивает.

— Странно, что ты узнал об этом только теперь. Мы уже две недели как женаты.

Он заломил на затылок шляпу и передернул плечами, поправляя съехавший пиджак.

— Ты — сука!

Кэйт взялась за ручку двери.

— Не намерена выслушивать это, Райан. Если пришел что-то сказать, выкладывай, а если обзываться — убирайся.

— Это правда, что ты позволила ему удочерить Миранду? Правда это?

Кэйт напрягла все свои силы.

— Да. Правда.

Внезапно он схватил ее за волосы и с силой ударил о притолоку.

— Я убью тебя, и Бог мне поможет! Я задавлю тебя, вырву последнее дыхание из твоей груди! Дочка моего брата! Как посмела ты дать ей другое имя?

Голова Кэйт разрывалась. Она вцепилась в его руку, пытаясь оторвать его пальцы от своих волос.

— Отпусти, Райан! Ты совсем спятил! Он злобно оскалился ей в лицо.

— Это ты спятила, если решила, что я оставлю все как есть. Я уж не лягу на спину, задрав лапки! Вы за это заплатите! Клянусь Богом, заплатите! Я потащу вас в суд и посажу тебя в тюрьму: я буду последним идиотом, если не сделаю этого. А тогда ты ее уже не увидишь! Никогда!

Кэйт собиралась ответить ему, когда услышала грозный голос:

— Убери свои грязные руки от моей жены, Блейкли! Райан окаменел и обернулся:

— Ты-ы!!!

Он с силой оттолкнул Кэйт. Она ударилась о стену, ободрав локти.

Опираясь о деревянную обшивку, она смотрела, как Зак спрыгнул с коня. Ангел мщения в синей холщовой рубашке с горящими светло-карими глазами. Никогда еще ничье появление не радовало ее так сильно.

— Здесь я хозяин, — сказал он спокойно и шагнул к крыльцу. — Чего ты хочешь? Ждешь, чтобы я освободил тебе дорогу? Ты вообще, способен думать, подонок с дерьмом вместо сердца? Если ты ищешь беды, так ты найдешь ее, обещаю!

— Руки коротки! Сил не хватит! Зак сделал шаг к нему.

— Я посильнее женщины, которая вдвое меньше тебя! Что ж, попробуй! Попытайся лягнуть меня, осел поганый, но прежде упакуй получше свои потроха!

Сбросив шляпу, Райан согнул ноги в коленях и выставил кулаки.

— На этот раз я не подставлю тебе голову! Зак медленно двигался к нему.

— Надеюсь, что нет.

Райан приседал и притопывал как боксер на ринге. Зак опустил руки и застыл, выжидая.

— Черт возьми, — сказал он, присвистнув, — какие изящные движения. Лучшего вальса я, пожалуй, не видывал.

— Ты исполнишь вальс в грязи, в которую я тебя загоню! Я заставлю тебя дважды подумать, прежде чем бросать мне вызов. — Райан сделал ложный выпад рукой. — Мне приходилось драться на настоящем ринге, где выступают профессионалы, умелые боксеры! И такой деревенщина, как ты, угрожает мне! Да ты не можешь даже шлепнуть по жопе настоящего мужчину. Ну, давай, иди, увалень! Или из тебя дерьмо уже полезло?

Зак усмехнулся и передал шляпу Кэйт.

— Умелые боксеры, настоящий ринг. Я ничего такого не знаю. Отец никогда не учил меня смешивать драку с танцами.

Покосившись на противника, он добавил:

— Иди в дом, Кэти, девочка. Я не хочу, чтобы ты это видела.

Кэйт почувствовала, что не может шевельнуться. Райан громко заржал:

— Боишься, что эта потаскушка увидит, как ты ползаешь, глотая грязь?

Усмешка Зака погасла. Опасный блеск появился в его глазах.

— Блейкли! Пришло время поучить тебя хорошим манерам.

Стремительно, так что Кэйт даже не заметила, когда это произошло, Зак бросился на Райана и с такой силой ударил его в челюсть, что тот отлетел к перилам крыльца. Гнилое дерево заскрипело под его тяжестью. Райан, вытянув руки, пытался устоять на ногах, но не смог, он рухнул как камень, подняв тучи пыли.

Зак неспеша пошел к нему. Потрогав сломанные перила, он нагнулся и одним сильным движением поставил Райана на ноги.

— Я еще не рассчитался за то, что ты оскорбил мою жену, назвав ее потаскухой. — Едва Блейкли выпрямился, Зак дал ему такого пинка, что тот, откинув голову, отлетел на несколько шагов. Его шатало, как пьяного. Зак, подойдя к нему, нанес ему сильный удар в солнечное сплетение, отчего Райан согнулся вдвое.

— Не прикасайся к ней и не смей называть ее грязными именами! Тебе это ясно теперь, ничтожество, мешок с дерьмом?