– Дорогой мой мистер Фэрчайлд! – дружески воскликнула она и пожала ему руки. – Как мне благодарить вас за спасение дочери?

– Боюсь, благодарить еще рано, миссис Крэншоу, – беспечно улыбнулся Джек и ответил на пожатие хозяйки дома. Миссис Крэншоу очень нравилась ему, хотя и проявляла странное равнодушие к судьбе Лайзы, что и подтвердила следующими словами:

– Напротив, сэр, Селия уже пришла в себя. Сейчас она сидит в постели и разговаривает с сестрой.

Джек вскинул бровь, едва удержавшись от замечания. Он хорошо представлял себе беседу двух юных девиц. «Клянусь, Селия, если мама узнает от тебя про поцелуй, больше ты от меня ни слова не услышишь!»

– Прошу простить мою неучтивость, мистер Фэрчайлд, – продолжала хозяйка. – Я до сих пор не знаю, кто вы и зачем прибыли в Крэншоу-Парк. Представьтесь, и я окажу вам достойный прием. Я Розалинда Крэншоу.

Ответить Джек не успел: в комнату вошла Лайза. Но это была уже не раскрасневшаяся, растрепанная девчонка, которую он встретил в глубине парка. С уложенными на затылке волосами, в скромном белом платье, она казалась свежей, как весенняя маргаритка. Простота платья подчеркивала поразительную красоту аметистово-синих глаз и нежно-розовых губ.

– Моя старшая дочь Лайза, мистер Фэрчайлд.

– Мы познакомились несколько лет назад в Лондоне, мэм, – сообщил Джек, не в силах отвести взгляд от Лайзы.

Девушка прикоснулась к материнской щеке приветственным поцелуем, а потом с потупленным взглядом повернулась к гостю:

– Мистер Фэрчайлд, спасибо вам за мою сестру. Не знаю, что с ней стряслось. – И она метнула в Джека проказливый взгляд из-под ресниц.

– Стало быть, вы знакомы! – воодушевилась Розалинда, – Лайза, дорогая, ты непременно должна рассказать мне про нашего обаятельного гостя.

Тем временем восхищенный Джек наблюдал, как на лице Лайзы сменяются чувства, не ускользая от его опытного взгляда. Ее глаза сначала опечалились, потом гневно вспыхнули и наконец потеплели в приятном предвкушении мести. Она заставит его поплатиться за самовольный поцелуй. Уголки ее губ дрогнули и приподнялись в лукавой улыбке.

– Мама, я уверена, что мистер Фэрчайлд не захочет вспоминать прошлое – ведь большинство людей стремится поскорее забыть его. Особенно таких, как мистер Фэрчайлд.

– Совершенно верно, мисс Крэншоу. – Джек усмехнулся и достал письмо от Артура. – К счастью, у меня имеется рекомендательное письмо, в котором все мои достоинства преувеличены, а былые промахи не упомянуты ни словом. Письмо от мистера Артура Пейли. С моими родственниками вы знакомы. Мой дед живет в часе езды отсюда, в замке Татли.

– Он служит у лорда Татли? – вежливо осведомилась Розалинда Крэншоу, беря письмо.

– Нет, мэм. Лорд Татли – мой дед. С Артуром мы также состоим в родстве.

– Лорд Татли – ваш дед? – не помня себя от радости, воскликнула миссис Крэншоу. – Не может быть!

Джек задумался: почему его фамилия ничего ей не сказала? Не знать о наследнике своего соседа, лорда Татли, она не могла. Впрочем, семейство Крэншоу редко бывало в Лондоне, а если и бывало, то вряд ли вращалось в высшем свете. Сплетнями Крэншоу не интересовались – иначе не принимали бы у себя лорда Баррингтона. А дед Джека был спесив и не считал нужным поддерживать знакомство с торгашами.

– Теперь припоминаю, – довольно продолжала Розалинда Крэншоу, – мне говорили, что наследник барона – некий лондонский повеса.

– Мама! – возмутилась Лайза.

Розалинда Крэншоу не сразу поняла свою оплошность, а когда поняла, смущенно заулыбалась:

– Дорогой мой, я не хотела оскорбить вас. Просто повторила, что слышала.

Джек примирительно улыбнулся, пока все рассаживались вокруг чайного столика: дамы на диване, а Джек – на довольно жестком стуле в стиле хепплуайт.

– Так значит, когда-нибудь, вы поселитесь по соседству, мистер Фэрчайлд? – продолжала миссис Крэншоу, жмурясь от удовольствия. – Нет, лорду Татли я не желаю зла, Боже упаси!

Джек принял поданную чашку чаю и отпил, обдумывая ответ. Его собеседница пыталась выведать, унаследует ли Джек титул, а если да, будет ли он достойной партией для мисс Селии – впрочем, для нее он староват.

– Несомненно, я поселюсь в замке Татли, мэм, – когда унаследую титул. Но мой дед крепок здоровьем, так что это случится еще очень не скоро. А пока я обосновался в Миддлдейле и практикую право. Это моя страсть – надеюсь, она поможет мне оказать ценную услугу вашему супругу, если он решит обращаться ко мне теперь, когда мистер Педигрю вышел в отставку.