— Разве когда-нибудь мне приходилось прибегать к такой тактике, чтобы переспать с женщиной, Маркем?

— Нет, но она, кажется, совсем не в вашем вкусе. Хотя, конечно, женщина с такими сиськами годится на любой вкус.

Гнев, охвативший Гэвина при мысли, что Маркем позволил себе хотя бы взглянуть на «сиськи» Кристабель, оказался неожиданным для него самого.

Что с ним, черт возьми, происходит? Неоднократно они с Маркемом и Талботом сравнивали достоинства своих любовниц — и сиськи, и задницы, и губы. И никогда раньше он не находил подобные замечания грязными и не испытывал непреодолимого желания задушить человека, высказавшего их.

Это все следствие неудовлетворенного желания, что совершенно естественно. Надо было уложить Кристабель в постель при первой же возможности, тогда бы он не страдал сейчас приступами временного помешательства.

— Я расскажу тебе, как он оказался в ее постели, Маркем, — опять вмешался в разговор Талбот. — Он пообещал ей, что вместе они могут выиграть главный приз, а этого вполне достаточно, чтобы соблазнить любую вдову.

— Она просто дура, если поверила в это, — усмехнулся Брэдли. — Уж мы-то знаем, как непросто выиграть его, даже имея партнером Берна.

— Это так, — согласился Талбот, — но если она и не выиграет главный приз, могу поспорить, что все-таки будет играть в последней четверке.

Стокли играл за соседним столом и внимательно прислушивался к разговору.

— Ты правда готов заключить пари, Талбот? — неожиданно спросил он, повернувшись. — Или просто болтаешь, по обыкновению?

Растерянно поморгав глазами, Талбот торопливо уставился в карты.

— Если Талбот не хочет, я готов заключить это пари. — Гэвин с вызовом улыбнулся Стокли. — Тысяча фунтов на то, что леди Хавершем окажется в последней четверке.

Этот разговор привлек внимание соседей, и, забыв про игру, все ждали, что ответит Стокли.

Он задумчиво посмотрел на Гэвина, потом повернулся и громко позвал через всю комнату:

— Леди Хавершем!

Кристабель удивленно подняла глаза.

— Берн готов поспорить на тысячу фунтов, что вы окажетесь в последней четверке игроков. Как вы думаете, стоит мне соглашаться на пари?

Быстро справившись с изумлением, Кристабель посмотрела на Стокли с непроницаемым выражением и крикнула в ответ:

— Я не знаю, что сказать, лорд Стокли! Только вам известно, можете ли вы позволить себе проиграть тысячу фунтов!

Все присутствующие рассмеялись, так как не сомневались, что Стокли легко может себе это позволить.

— Стало быть, вы уверены, что Берн выиграет? — спросил хозяин.

Кристабель посмотрела Гэвину прямо в глаза:

— Берн всегда выигрывает.

От этих слов Гэвин почувствовал, как кровь быстрее побежала по жилам. На этот раз он твердо намерен выиграть. И не только пари.

— Так что, Стокли, мы будем спорить или нет?

— Почему бы и нет? — секунду помолчав, небрежно ответил Стокли. — Что бы ни говорила леди Хавершем, ты выигрываешь не всегда.

— Правильно. — Гэвин оторвал взгляд от Кристабель и заметил, что Стокли по-прежнему испытующе смотрит на него. — Только тогда, когда это важно.

В этот момент раздался резкий звук гонга, напомнивший всем присутствующим, что идет последняя игра. По давно заведенному порядку слуга всегда ударял в гонг около трех часов ночи, после чего новых робберов уже не начинали. Только таким образом можно было добиться того, чтобы все играли примерно равное количество партий; иначе некоторые из гостей играли бы круглосуточно.

Гэвин опять занялся картами. Чтобы завершить роббер, им надо было доиграть эту партию и сыграть еще одну или две. Проклятие! Еще целый час ждать до того момента, когда Кристабель окажется в его постели.

Выиграв на пару с Брэдли предпоследнюю партию, Гэвин поднял глаза от карт и увидел, что Кристабель поднимается из-за стола. Значит, они уже закончили?

Обменявшись парой слов со своими партнерами, она подошла к столу в тот момент, когда Талбот тасовал колоду.

— Как дела, милая? — спросил Гэвин. Кристабель снисходительно пожала плечами:

— Я выиграла больше, чем проиграла.

— Отлично. Это сулит мне победу в споре.

С минуту Кристабель понаблюдала за игрой, а потом сказала:

— Я уже закончила и, наверное, пойду спать.

— Лучше останься и принеси мне удачу, — игривым тоном произнес Гэвин. — Можно подумать, ты не справишься без меня, — засмеялась Кристабель. — Нет, я все-таки пойду. А ты можешь не спешить.

Притворно зевнув, она вышла из комнаты.

Только тут Гэвин сообразил, почему Кристабель так торопится уйти без него. Надеется заняться поисками, пока хозяин занят игрой.