Тонкими пальцами он поднял в молчаливом тосте хрустальный кубок, наполненный чудесным выдержанным бренди. Великолепная вещь, подумал пожилой мужчина с видом знатока, каким он и был на самом деле, изучая оттенок и прозрачность напитка, перед тем как медленно пригубить его.

Потом его тонкие губы скривились в усмешке. Пусть они думают, что простая случайность свела их вместе снова. Да, волшебство было мощным оружием, если кто-то верил в него. Но тот дурак на борту «Королевы Востока» все испортил. Теперь эта маленькая шлюха лишилась памяти.

Слабая улыбка появилась на его лице. Потеря памяти, возможно, будет ему на пользу. А тем временем он должен не забыть хорошенько заплатить осведомителю за эту ценную информацию. Все еще не было никаких сведений о рубине, но это и неудивительно. Сент-Сир был слишком умен, чтобы хранить такой драгоценный камень где попало.

Его лицо стало строгим. Он поставил кубок и достал из кармана маленький ключ на цепочке из кованого золота. Наклонившись, он вставил ключ в верхний ящик стола. Из темной глубины появилась инкрустированная шкатулка из красного и розового дерева.

Внутри мерцала пустая подкладка чистого белого атласа. Как только он посмотрел на нее, странный огонь осветил его холодные глаза. Он был так близко! Крейтон должен был схватить камень до того, как убил этого глупого сэра Хамфри. А потом оказалось, что кто-то уже удрал с драгоценным камнем.

Мужчина прищурил глаза. Его бледные руки осторожно и благоговейно ласкали белый атлас. С каждым движением алчное пламя в его глазах разгоралось все ярче. Но он должен быть терпеливым, напомнил себе Ракели, гладя белоснежную ткань.

Скоро он получит рубин и все, что захочет. Ни небо, ни ад не смогут остановить его теперь. И уж конечно, не эта упрямая женщина. Наиболее приятным будет увидеть лицо Деверила Пэйджена, когда тот поймет, чего он лишился, самодовольно предвкушал Ракели.

Ветер поднялся, лишь только они вышли за ограду. Разъяренная англичанка старалась не смотреть на стройную фигуру с небрежно болтающейся на плече винтовкой впереди нее. Высоко наверху пронзительно закричала обезьяна, и ее сейчас же поддержали несколько ее сородичей. Темно-красная птица промчалась стрелой из-под зеленого навеса листвы и пропала в небе, сверкнув на прощание алым хохолком.

Все так незнакомо, подумала женщина. Так странно. И все же что-то привлекало ее в этой фантастической жизни, сгорающей в беспокойной ярости цветов и звуков, растрачиваемой так отчаянно.

Что-то подсказывало ей, что ее собственная жизнь имела много общего с жизнью в джунглях, что она жила торопливо и без оглядки, сознавая рядом с собой смертельную опасность.

Она осмотрела зеленый туннель перед собой. Джунгли повсюду, огромная живая стена жизни: зеленая чашечка цветка, изумрудные листья, оливковые тычинки. Потревоженные ветки вздрагивали. Они жили. И умирали. Даже теперь воздух был пропитан ароматами созревающего манго, цветов жасмина... и гниющей листвы.

Жизнь тянулась к свету через десятки тысяч невидимых корней, выталкивая наверх жадные бутоны, раскрывающиеся в поисках лучей солнца, скрытого кронами высоких деревьев. Каждый старался выжить, даже ценой благополучия соседей. Где-то справа раздался страшный рев разъяренного хищника, сопровождаемый острым воплем боли. И все стихло. Страх волной прокатился по ее спине. Повсюду таилась смерть. Она всегда была начеку, поджидая свою добычу среди этого калейдоскопа жизни.

Громкий треск ветки заставил ее взглянуть на странную загадочную фигуру в нескольких футах впереди. Его глазная повязка напоминала темную прорезь на бронзовом лице, делая резкие черты еще более суровыми. И как всегда, его мужественная мощь казалась почти материальной.

Он был загадкой. Он не доверял ей, но все же спас ее. Она не нравилась ему, но он желал ее. Он, казалось, не хотел видеть ее рядом с собой и все же заботился о ее комфорте и лечил ее раны. Она чувствовала, что никогда не встречала подобного человека прежде и вряд ли еще когда-нибудь встретит.

Порыв любопытства охватил ее. Что двигало этим мужчиной? Как он получил рану, которая скрывалась под черной заплатой? Какие мечты владели им, когда он, как раб, трудился под жарким солнцем, в то время как любой разумный англичанин сидел бы в тени, предоставляя своим наемным рабочим заниматься тяжелым трудом?

Ответа не будет, глядя на непроницаемое лицо Деверила Пэйджена и его мускулистое тело, поняла женщина. Казалось, он сделан из гранита и стали, у него был вид человека, который каждый день проживал как последний день в своей жизни и ожидал, что все вокруг будут поступать так же. А что за человек этот Ракели? Несмотря на всю браваду, это имя обдавало ее чувством холода. Если Пэйджен был прав, она действительно была пешкой в их игре. Но чьей пешкой?

Англичанка сердито сжала губы. Поглощенная своими думами, она зацепилась носком ноги за скрюченный корень, скрытый в высокой сухой траве. Она споткнулась, но удержалась на ногах, пробормотав что-то себе под нос.