–  Комиссар Зиз, Ретиф,- представил войона Лонгспун скрипящим, как сухой подшипник, голосом. В наступившей тишине он выжидательно переводил взгляд с одного войона на другого.

–  Как по-твоему, Зиз?
– прожужжал на гортанном племенном диалекте комиссар своему компаньону.- Это он?

–  Это он, шеф,- подтвердил коп.- Он был заводилой.

–  Послушайте, комиссар,- вмешался Лонгспун.- Я обязан попросить вас говорить на языке Земли!

–  Я лишь советую моему помощнику не быть предосудительным за полученное им суровое обращение,- вежливо отозвался Зиз.- Я заверил его, что ваше превосходительство внесет все необходимые поправки.

–  Поправки. Да.- Лонгспун угостил Ретифа взглядом сродни уколу зонтика от старой девы.- Похоже, в одной из местных низкопробных питейных случилась общая потасовка.- Он положил костлявые пальцы на крышку стола и сцепил их вместе.- Полагаю, у вас есть какие-то объяснения?

–  Объяснения по поводу чего, господин посол?
– любезно осведомился Ретиф.

–  По поводу того, с какой стати офицер посольства напал на служащих Планетарной полиции при исполнении ими обязанностей!
– Шея Лонгспуна под жестким воротом полуденного неформального мундира постепенно приобретала лиловый оттенок.

Ретиф сочувственно покачал головой.

–  Нет, я определенно не могу объяснить подобную вещь. У Лонгспуна отвисла челюсть.

–  Но у вас наверняка ееть хотя бы некоторые оправдания?
– Он искоса глянул на войона.

–  Довольно трудно оправдать нападение на полицейского,- продолжал Ретиф.- Тем более при исполнении долга.

–  Послушайте-ка…- Лонгспун подался вперед.- Вы же дипломат,- прошипел он уголком губ,- Могли бы хотя бы что-то придумать!

–  Что именно?
– охотно подхватил Ретиф.

–  Проклятье, сэр!
– Лонгспун махнул рукой.- Когда полицейский комиссар вкатывается в мой офис и обвиняет одного из моих служащих в грубом нарушении порядка, нельзя ожидать, что я проигнорирую ситуацию!

–  Разумеется, нет,-твердо произнес Ретиф.
– И все же, ес-

ли вы объясните ему, что вторгаться в Посольство Земли с необоснованными обвинениями невежливо, и предупредите его о недопустимости подобного впредь, то требование его отставки окажется излишним…

–  Его отставки!
– У Лонгспуна отвисла челюсть.- Гм-м,- Он крутанулся в кресле и уставился на комиссара.- Возможно, мне следует указать, что вторжение в Посольство Земли с необо…

–  Минуту!
– резко перебил Зиз.- Мы обсуждаем лишь надлежащее наказание для незаконопослушных чужаков, замешанных в убийстве безвредного, любящего личинки войона! Я требую выдачи виновника для справедливого суда по местным обычаям!

–  Насколько я припоминаю, этот метод включает хирургическую операцию для изучения улик,- протянул Лонгспун!- Что случится с жертвой, то есть, если пациент невиновен?

–  Тогда мы соберем его с помощью сварки заново и устроим ему трогательную похоронную церемонию.

–  Нет, Зиз,- игриво погрозил пальцем Лонгспун.- Если мы запросто начнем передавать наших дипломатов любому, кто их потребует, то мигом останемся без персонала.

–  Только одного,- деликатно попросил Зиз.

–  Я бы рад услужить, любезный комиссар, но прецедент крайне нежелателен.

Настольный экран робко зазвенел.

–  Да, Фестер?
– нетерпеливо впился в него взглядом посол.- Я говорил вам, чтобы меня не беспокоили…

–  Это Его Всененасытность,- возбужденно пискнула Фестер.- Он еще раз приветствует вас и желает немедленно переговорить с вами, господин посол!

Лонгспун вяло улыбнулся полицейскому комиссару.

–  Кажется, мой добрый приятель Икк сегодня не в себе. Скажите ему, что я перезвоню позже, Фестер…

–  Он говорит, что дело касается учебного груза,- вставила секретарша.- Боже, что за язык!

–  Ах да, учебного материала,- поправил Лонгспун.- Меня всегда чрезвычайно заботили вопросы образования; пожалуй, узнаю, что у него на уме…- Убавив громкость, он прислушался к сердитому щебету писклявого голоса.

–  Вы уверены?
– пробормотал он.- Шесть ящиков? Переговорное устройство пронзительно заверещало.

–  Чепуха!
– рявкнул Лонгспун.- Какой мыслимый повод… Икк снова зажужжал. Посол бросил испуганный взгляд на

Ретифа.

–  Нет,- сказал он.- Об этом не может быть речи. Я вам перезвоню. Сейчас у меня посетители.- Он отключил связь. Полицейский комиссар расслабил свои аудиорецепторы, вытянувшиеся вперед во время разговора.

–  Вы по-прежнему отказываетесь передать его мне?
– указал он на Ретифа.

–  Вы все спятили?
– рявкнул Лонгспун.- Я поступлю с господином Ретифом по-своему.