Как-то странно получается. Брат и маг пропали, оставив полуживого аледа с отравленной раной одного. Не вяжется, Алемид никогда бы не бросил своего друга умирать по своей воле. Талеис, надо полагать, тоже. Или нет?

Подумаю обо всем этом чуть позже, когда Мьоллену станет лучше!

Идти в дом все-таки придется, там лежат вещи брата. К сожалению, собираясь на дуэль, я не взяла свою сумку, так что придется довольствоваться лекарствами Алемида. Ничего страшного, насколько я знаю, у него с собой всегда неплохой набор. Вот только яд…

Через несколько секунд избушка приняла нас в своим теплые, пахнущие травами объятия. Осторожно опустив Мьоллена на придвинутую к печке лавку, которую нашарила на ощупь, я создала несколько огненных шариков, повисших в воздухе. Сразу стало светло, но я ругнулась сквозь зубы — совершенно забыла, сколько сил приходится тратить на бытовое, в общем-то, колдовство.

Решив, что если алед распрощается с одной из своих рубашек, ничего не случится, я с треском разорвала шелк, недобрым словом помянув прочность этой ткани.

Как выяснилось в процессе беглого осматривания, ранения Мьоллена не ограничились только животом и грудью. Глубокий порез змеился и на руке, левая нога тоже пострадала. Кошмар какой, как же ему досталось… в душе шевельнулось противное и холодное чувство вины. Приходили ведь явно затем, чтобы отвлечь моих защитников, вывести их из боеспособного состояния. Мьоллен… ну зачем же ты всегда кидаешься решать мои проблемы?.. да, знаю, что не можешь по-другому, но я ведь тоже не могу смотреть, как ты погибаешь по моей вине.

Намочив мягкую ткань в воде (холодной, времени на нагрев не было) с добавлением антисептического настоя, я смыла с его тела грязь и кровь. Мьоллен уже окончательно потерял сознание, и неконтролируемые тяжелые выдохи с хрипом вырывались из чуть приоткрытого рта. На лбу выступил холодный пот. Дело плохо.

Кровь я остановить смогла, пользуясь зельями и заклинаниями попеременно, заражение грязью ране тоже не грозило. Но вот яд… это был не обычный человеческий яд, который на аледа не оказал бы практически никакого действия. Не знаю, из чего он был сделан и когда использовался, но он медленно убивал мужчину, а у меня не было даже противоядия. Нет, конечно, противоядия были, но все они были к другим ядам, знакомым мне. Этот же…

Судя по всему, делался он все же для людей, иначе Мьоллен уже давно бы был на Той Стороне. Тот, кто пользовался клинком, смазанным этой отравой, явно не рассчитал того, что перед ним алед, в этом случае он никогда бы не оставил мужчину на пригорке. Значит, считал, что противник уже мертв или, в крайнем случае, умрет через минуту-другую.

Очень оптимистично.

Что же делать?! Я даже в Долину через портал его перенести не могу, это слишком опасно. Человеку в бессознательном состоянии в портале делать нечего, да и не человеку тоже. Но в этой избушке оставаться дальше нельзя, сюда скоро может нагрянуть Тайлас сотоварищи. И могу вполне определенно сказать — нагрянет. Возможно, одна я с и сумею продержаться хотя бы недолго, но Мьоллена здесь оставлять определенно нельзя. В любом случае, Тайлас избавится от него, а драться с постоянной оглядкой на аледа я не смогу.

Можно, конечно, попробовать связаться с Долиной…

Мои размышления насчет того, что же делать, оказались грубо прерваны вылетевшей дверью. Я резко обернулась, мигом сгруппировавшись и нащупав рукоять меча. Однако увидев, кто стоит на пороге, я позволила себе расслабиться. Человек с таким же лицом, как и у меня, только в мужском исполнении, шагнул в комнату, и я улыбнулась.

— Алемид, где тебя призраки носят, у меня проблемы!

Вместо приветствия брат сложил ладони полусферой, концентрируя в них достаточно мощное, но не убийственное заклинание. Метнул его в меня, да так точно, что я едва успела увернуться.

— Алемид, ты что? — округлила я глаза, поднимаясь и смотря на брата. Тот даже не огорчился по поводу того, что промахнулся, и сконцентрировал еще одно заклятье. Уже другое, но мне хватило одного быстро кинутого взгляда, чтобы его опознать. Все-таки теорию я знаю неплохо.

«Сетка» или «сеть», как ее еще называют, представляет собой скопление из нескольких сгустков силы. Использованная против мага, она блокирует ему доступ к мане, что исключает возможность колдовства как такового. Я не слишком сильный маг, но в моем случае «сеть» блокирует мне доступ к Той Стороне и своей Серебряной Душе, без которых я чувствую себя довольно беспомощно.

Что же сделал Тайлас, что Алемид теперь подчиняется ему? Вряд ли уговорил, брат никогда и ни при каких обстоятельствах не позволил бы себе поднять на меня руку. Значит, заколдовал, что вполне вероятно. Думаю, что Алемид тоже был за околицей, и тоже дрался с теми, кто туда пришел, об этом красноречиво говорила еще свежая царапина у него на щеке. Но, видимо, в драке его вырубили — Тайлас, скорее всего, решил, что это слишком ценная добыча, чтобы от нее так бездумно избавляться. Значит, Алемида он подчинил себе, в этом я теперь была просто уверена. Ничто другое никогда бы не заставило брата вот так ворваться в дом, где сейчас прячется его сестра с раненым, умирающим другом.