Схватка тем временем подходила к концу. Форсеры еще стреляли в сторону леса, в клешнях одного из танков корчилась издыхающая тварь, но ее живых сородичей видно не было. Сидящая на корточках Саманта морщилась, на предплечье у нее виднелась длинная и довольно глубокая рана.

– Вот так ничего себе, – оператор выбрался из рубки, спрыгнул на землю. – Не все слухи вранье, оказывается. Как вы тут, целы?

– Целы, – отозвалась Марта. – Сейчас доложу тактику, что тут у нас случилось.

Джонатан ответил на вызов с задержкой, голос его прозвучал недовольно и даже сердито:

– Что там у вас?

– Командир, на нас совершено нападение, – сказала Марта. – Атаковали насекомые, такие же, каких мы видели в лесу, только более крупные. Потерь нет, и то благодаря танкистам.

– Ясно, – мрачно проговорил Джонатан. – Ая думал, ночью часовым примерещилось. Немедленно возвращайтесь в поселок. И осторожнее там, ядерная мать!

– Постараемся. – Марта повернулась к оператору: – Дальше мы пойдем вместе с вами. Сможете двигаться быстрее?

– К сожалению, биотанк не летательный модуль и даже не транспортер, – развел руками танкист. – Идем так быстро, как можем.

Он забрался на свое место, и «Зверь» ожил, задвигались его ноги, кажущиеся тонкими рядом с громадным телом.

– Вперед, пошли. – Уже на ходу Марта сняла с пояса фляжку и прополоскала рот, надеясь избавиться от мерзкого привкуса.

Помогло это мало.

Биотанки неспешно ползли по дороге, форсеры шагали перед ними, поглядывая в сторону зарослей. Тадеуш, которому досталось по ногам, слегка прихрамывал, Саманта баюкала порезанную руку.

В один момент Марта почувствовала, как зачесался затылок, причем очень странным образом – внутри черепа. Неприятное ощущение усилилось до боли, а затем исчезло, но тут же ожил ком-линк.

– Нас атакуют со всех сторон, – сказал тактик. – Насекомые прут из джунглей десятками. Поспешите – каждый ствол на счету.

– Хорошо, – ответила Марта.

– Что там? – спросил Жозеф.

– То же самое, что было у нас, только хуже.

Больше вопросов не задавали – выражение лица субтактика сказало солдатам все.

– Повернитесь вот так, присядьте. – Доктор командовал не хуже, чем муштрующий новобранцев сержант.

Роберт послушно приседал, разворачивался и махал руками.

– Очень хорошо, друг мой, – проговорил доктор, и круглое лицо его осветила улыбка. – Кости почти срослись. Для гарантии оставим вас тут до послезавтра, а потом отправим назад, воевать.

– Спасибо, – пробормотал Роберт, утомленный осмотром. – Я могу идти?

– Конечно, – кивнул доктор. – Свободны.

Роберт накинул халат, подмигнул симпатичной медсестре и выбрался из автобуса, волей случая превратившегося во врачебный кабинет.

– Ну что? – поинтересовался ожидающий снаружи Иван.

– Жив буду, сказали, – ответил Роберт.

– Это хорошо. – Солдат первой роты, благодаря гипнотерапии избавившийся от привычки сообщать всем и каждому, что их непременно сожрут, задумчиво посмотрел в сторону повисшего над горными вершинами солнца. – Что, пора ужинать?

– Пора, сомий хвост. Пойдем.

За последние дни раскинувшийся около портала палаточный городок изрядно обезлюдел. Тяжелораненых вывезли на Аквиум, выздоровевших отправили обратно в части.

Госпиталь превратился во что-то вроде перевалочного пункта.

Постоянно тут обитали только идущие на поправку раненые из первых партий. Кроме них, в палаточном городке оказывали первую помощь солдатам, прежде чем отправить их дальше, прочь с Диадемы. Кормили и успокаивали беженцев, прибывавших во все большем числе, порой размещали на ночлег идущие через портал подразделения.

В большой палатке, отведенной под столовую, было пусто. Блестели длинные узкие столы, из-за загородки, отделяющей кухни, долетали негромкие голоса и звяканье посуды.

– Эй, кормить будете? – крикнул Иван, едва перешагнув порог.

– Тебя, что ли? – выглянула из-за загородки дородная краснолицая повариха. – Ни за что! И так вон какой жирный!

– А меня? – спросил Роберт.

– Тоже толстоват. – Повариха оценивающе прищурилась. – Ну ладно, так и быть. И тебя, и толстяка этого заодно.

Иван изумленно пощупал собственный живот, в очередной раз подтвердив, что с чувством юмора у него не все в порядке.

– Спасибо, – проговорил Роберт, получив поднос. – Это что такое?