В кузов шмякнулась палатка, за ней загромыхали пластиковые ящики с патронами и гранатами.

– Куда такая спешка? – поинтересовался Роберт, передавая по цепочке украшенную изображением смеющихся детей коробку с постукивающими внутри друг о друга банками консервов.

– А я знаю? – зло ответил Бьерн. – Так, все забираемся. Быстро, быстро!

После тяжелого вчерашнего боя солдатам не дали не то что выспаться, а даже позавтракать. Полк подняли по тревоге еще до рассвета и приказали срочно готовиться к отбытию.

А после этого еще устроили среди солдат настоящий опрос на тему – кто в состоянии водить тяжелый транспортер. В отделении Роберта таких не оказалось, зато в других нашлось достаточно.

– Форсеры контратаковали, видит Единый, – пробормотал Шриван, расчищая себе место среди ящиков. – А нас бросают, чтобы остановить их.

– Но зачем тогда тащить с собой это? – Роберт обвел рукой вокруг себя. – И если бы в местном автопарке не обнаружилось вот этих громадин, мы бы отправились пешком? Почему не использовать обычные транспортеры?

Шриван сделал попытку пожать плечами, забыв, что под бронекостюмом этот жест не виден.

Последние из солдат первого взвода запрыгнули в кузов, тот качнулся, принимая обычное положение, и транспортер со свистящим рыком двинулся с места. Солдат затрясло, голова Роберта отозвалась вспышкой боли.

Через борт хорошо было видно место, где еще час назад стояли палатки, холмик в том месте, где осталась братская могила, горы на горизонте и восходящее из-за них солнце.

Зацепившись взглядом за могилу, Роберт вспомнил о Гарри, о том, что не успел с ним попрощаться, и искренне пожелал, чтобы чернокожий парень, родившийся посреди африканского леса, и в самом деле увидел Лик Единого.

Транспортер очень плавно развернулся так, что восходящее солнце осветило его справа. И, немилосердно пыля, покатил в сторону едва видимых вдали гор, окутанных бурой дымкой.

Колеса шуршали монотонно и усыпляюще. Дрема, несмотря на заметную тряску, накатывала все сильнее, многие из солдат откровенно спали, развалившись на ящиках или откинувшись к одному из бортов. Роберт время от времени открывал глаза, обводил взглядом сослуживцев, перепачканных белой асбестовой пылью, а затем снова погружался в забытье.

В очередной раз очнулся от громкого звука, донесшегося из наушников шлема, недоуменно завертел головой.

– Подъем! – повторили наушники голосом капитана Цая, и только в этот момент Роберт осознал, что колонна стоит.

– Что, приехали, во славу Единого? – пробормотал Шриван сонным голосом.

– Приехали-то точно, да только вот куда, – ответил Роберт, приподнимаясь и выглядывая через борт.

Безжизненная асбестовая пустошь, по которой ехали всю ночь, осталась позади, но сменивший ее пейзаж обрадовал бы только закоренелого мизантропа.

Острых утесов-зубов, давших планете название, видно не было. Пологие холмы покрывали сухие на вид кусты, шевелили маленькими клейкими листочками, местами виднелось что-то вроде травы.

– Привал, – сказал Бьерн, – сейчас кузов опустят. Поставим палатку, хоть поедим нормально…

До этого момента сутки ехали без перерыва, небольшую палатку растягивали прямо в кузове и забирались в нее по очереди. Было это неудобно и выглядело редким издевательством.

– Поесть – это хорошо, – заявил Кампински, – а то мой хренов живот давно прилип к спине.

Кузов плавно опустился, стал виден капитан. Едва первый солдат спрыгнул на землю, Цай тут же начал командовать. Трое бойцов из третьего взвода взяли «колбасину» большой палатки, принялись ее разворачивать.

Роберт поднялся, ощущая, как ноют мускулы по всему телу, и вслед за Кампински вылез из кузова.

– Хорошо, – сказал Мак-Канн, с видимым удовольствием помахивая руками.

– Да уж, засиделись, сомий хвост, – ответил Роберт. – Было бы еще лучше, узнай мы, куда едем.

– Официальной информации не поступало, – мрачно пробурчал Бьерн. – А вообще я слышал, что направляемся к какому-то порталу.

– Ерунда какая-то, – заметил Кампински, – тут только два портала осталось – на Демон и на Диадему. Второй нам ни к чему, а первый наверняка так укреплен, что одним полком к нему не подойдешь.

– Не я же это придумал? – обиделся сержант.

Палатка шипела, вздуваясь серебристым пузырем, вокруг нее бродили сонные солдаты. Оставшиеся наверху, в кузове, дозорные поглядывали во все стороны, но в холмах ничего не двигалось.

Даже ветер стих.

– Ха, это еще что? – Один из солдат второго взвода нагнулся, ткнул пальцем лежащий на земле комок пыли. Тот стремительно дернулся и с чмокающим звуком прилип к перчатке.