Брат Элиас посмотрел на шерифа так, словно тот сморозил невероятную глупость.

– Где он их берет? Он берет их из женского лона. Он набирает себе младенцев.

Младенцы.

Гордон заметил, как резко побледнели лица шерифа и священника, чувствуя, что сам выглядит не лучше. От страха просто пересохло во рту.

Брат Элиас поднял с пола Библию в черном переплете и раскрыл ее на заложенной странице.

– Откровение, глава двадцатая, стих четырнадцатый, - спокойно произнес он. В голосе появились властные нотки.
– "И смерть и ад повержены в озеро огненное. Это - смерть вторая. И тот, кто не был записан в книге жизни, тот был брошен в озеро огненное".
– Подняв голову, он повторил, уже чуть мягче: - "И тот, кто не был записан в книге жизни, тот был брошен в озеро огненное".

В комнате наступила тишина.

Брат Элиас закрыл Библию и положил на пол рядом со своим креслом.

– Озеро огненное - это ад, - сказал он.
– А те, кто не записан в книге жизни, те, кто не родились, жертвы аборта, выкидыши, мертворожденные - они попадают в озеро огненное, чтобы стать слугами дьявола. Эти нерожденные младенцы - пустая доска, им не ведомы ни добро, ни зло, но сатана захватывает их в свои сети, заставляя их исполнять его злой умысел, обращая их в своих слуг.

– Вы ошибаетесь, - покачал головой отец Эндрюс.
– Вы не понимаете, о чем говорите. Озеро огненное - не ад, а книга жизни - не жизнь. Любой семинарист может сказать вам...

– Не следует опираться на интерпретации прошлого, - перебил брат Элиас.
– Ибо они неверны.

– Вы понятия не имеете, что...

– Господь, - спокойно продолжал брат Элиас, - говорил со мной путем божественного видения. Он указал мне, что надлежит сделать.
– И медленно обведя взглядом присутствующих, - веско закончил: - А вы мне в этом поможете.

– Зачем мы вам нужны?
– возразил отец Эндрюс.
– Вы, судя по всему, знаете, что надлежит сделать и как это сделать, почему же вам не сделать это самому?

– Противник коварен. Он лжец и отец лжи. Он может выслать вперед своих приспешников. Он будет делать все, что в его силах, чтобы остановить меня в исполнении моего долга.

Джим тяжело опустился в кресло рядом с братом Элиасом.

– Не знаю, чему верить, - со вздохом заговорил он, обращаясь к проповеднику.
– Я верю, что вы понимаете, что происходит, но я не уверен, что вы говорите нам правду. Или всю правду. Мне нужны дополнительные доказательства. Прежде чем я приступлю к каким-либо действиям, мне нужны доказательства. Я не могу поверить вам на слово.

Пальцы брата Элиаса поглаживали золотое распятие булавки для галстука.

– К завтрашнему дню у вас будут доказательства, - произнес он, сверкнув глазами.
– Но если вы будете ждать дольше, окажется слишком поздно.

Тим Макдауэлл, вооруженный лишь фонариком и детским переговорником, в тринадцатый раз пересек промытую дождем канаву, что прорезала ложбину у северного берега Осинового озера. Мелкий дождь, начавшийся несколько часов назад, превратился в настоящий ливень, и почти все из поисковой команды разъехались по домам. Кое-кто остался пережидать непогоду в машинах, стоящих вдоль дороги у берега озера и теперь они с недоумением глядели на свинцовое небо, которое попеременно освещали вспышки красных и синих молний. Поиски продолжали, кроме него, только Мак Бакстон и Ральф Дэниэлс. Он понимал, что шансов найти какие-либо следы практически нет, особенно в этой ложбине, почти полностью, за исключением самого места лагеря, покрытой густой растительностью, и тем не менее был решительно настроен продолжать поиски до тех пор, пока что-либо не выяснит насчет Мэтта. Так или иначе.

Кое-кто из поисковиков пытался уже мягко намекнуть, что мальчишки скорее всего погибли, и разумом он понимал, что они, вероятно, правы, но сердце отказывалось этому верить. Внутренний голос твердил, что Мэтт жив, просто заблудился или сильно травмирован.
– Мэтт!
– крикнул он.
– Мэтт! Тишина.

Он охрип, руки и ноги болели, но это не имело значения. Тим достал кусок табачной жвачки из банки "Скол" и сунул за щеку. Табак был хорош. Он сплюнул и вытер слюну с бороды. Потом снял шляпу, стряхнул воду и снова нахлобучил ее на голову.

Затрещала рация, он мгновенно поднес ее к уху, но это оказалось очередной ложной тревогой. Сунув приборчик в карман, он посмотрел на озеро. Среди зелени сосен виднелись красные и голубые пятна автомобильных кабин. В одной из них сидят Рон Харрисон и Джо Фиск. Пьют, наверное. Он сплюнул от отвращения. Как они могут вот так сидеть, не зная, куда пропали их дети? Что они за отцы?

– Дерьмо, - вслух произнес Тим. Оглядевшись, он пошел вперед, пытаясь высмотреть в густой траве рубашку, ботинок, что-нибудь...

– Мэтт!
– снова крикнул он.

Рация опять затрещала. Он прижал ее к уху.

– Тим. Я нашел кое-что.

Сердце замерло. Губы мгновенно пересохли, несмотря на дождь. Громко сглотнув, он нажал пальцем кнопку "передача".

– Это... Мэтт?

– Ты... лучше иди сюда сам, - странным голосом ответил Ральф.

– Что там?
– не мог скрыть испуга Тим.
– Что?

– Иди сюда. Мак, ты тоже.

– Ты где?
– откуда-то издалека послышался голос Мака.

– За холмом на западном склоне, примерно перпендикулярно лагерю.