Трещинки, найденные светом фар, медленно трансформировались в паутину, опутывая мозг Ивана, сжимались и давили, все глубже проникая в воспаленный разум. Головная боль заглушила все мысли...

Понедельник. Утро.

До площади Александра Невского Иван добрался на частнике, затем пересел на автобус и проехал две остановки на нем. Безвкусная архитектура здания КБ давно уже раздражала Ивана Матросова. Он еще в первый день отметил: "Ведь это же надо было умудриться поставить такой каменный ящик на берегу Невы, и в таком замечательном месте!" Серое, пятиэтажное здание торчало, как бельмо на глазу. Даже если бы в нем и не было закрытого КБ, то народ все равно был бы уверен, что не что подобное именно там и есть. Хотя нашлась же какая-то светлая голова, украсившая мрачную картину тополями, посадив их напротив фасада.

На проходной Ивана взял за локоть секретарь парторганизации Еремеев -известный зануда и бюрократ. От его утренних "структур момента" впадали в спячку до полудня все местные активисты, но ни чего поделать не могли, поскольку, мало того, что Сергей Сергеевич был парторгом, так еще и теоретиком-любителем. На таких как он молились в райкоме - Еремеев был "идейным ", а с идеей не поспоришь. Не спорили уже лет пятнадцать.

– Матросов, вы не забыли, что сегодня я вас жду после обеда?

– По-моему, я никогда не давал повода, Сергей Сергеевич. Ответив, Иван вдруг осознал, что новый день начался.

– Да, действительно не давали - Еремеев задумчиво улыбнулся, - просто я хотел сказать, что немного задержусь в обкоме и буду только в четыре. Да, и еще... Ой, извините, - Еремеев уже смотрел в другую сторону.
– Короче, жду.

К счастью, он увидел свою новую жертву, видимо его утреннюю цель, курящую на пол-этажа выше, и резво стал подниматься. Иван наблюдал, как парторг, похожий на швабру щеткой вниз, перебирал ногами ступени. Вчерашний день растаял полностью.

Иван поднялся на пятый этаж, подошел к двери с табличкой "513 ", надавил тремя пальцами на кнопки 5, 1 и 3 кодового замка, вошел и увидел прямо перед дверью Пашку с протянутой рукой и улыбкой до ушей.

– Однако, червонец давай, Сан Саныч, чай совсем кончился. Гони рупь, Ванька.

Иван обменял дежурную улыбку на дежурную шутку и полез шарить по карманам.

– Секундочку, Паштет, обыск штанов совершу и дам, -он сообразил, что рубль скорее всего не найдется, поскольку в кармане брюк, насколько он помнил, было скомкано что-то около тысячи рублей сотками, при виде которых, местная публика упала бы в голодный обморок.
– Нет рубля, у меня только трешка ... Я ее в обед разменяю.

– Ладно, скупердяй, должен будешь. А партию когда добьем?
– при этом Паштет повел бровями вправо, указывая на "чайный " стол, где стояла шахматная доска с расставленными фигурами.

– Да хоть сейчас, если Палыч на планерку свалил.

Сегодня была вроде как сдача проекта, значит, Палыч будет отсутствовать минимум час - его будет накачивать вышестоящее. Палыч был одним из шести обитателей комнаты 513 и числился начальником их отдела.

Иван подошел к своему столу, стоящему под прикрытием кульмана, и скорее ради собственного успокоения пошелестел для вида бумагами - настроение было не просто нерабочее, а нерабочее совсем - ватная голова явно не давала покоя ни душе, ни телу. Иван решил покаяться:

– Паштет, ты обманут гнусно мной, потому что я...

– Бухой!
– развил мысль проснувшийся Серж Кривицкий из-за шкафа.
– Что пил?

– Шампанское с ананасами и пивом.

– Примите мою чистосердечную зависть, сэр!

– И два рубля приму, - это Иван вдруг вспомнил, что будет неестественным забыть о долге в преддверие зарплаты.

– Ваня, без яиц нож... Не дай умереть молодому дарованию - как только, так сразу, а?

– Как только.

Из-за шкафа раздалось короткое "ура " и тихое "есть же люди на свете".

Послышался звук открываемого замка и влетевшая утренняя порция свежего Гуревича прострочила:

– Привет, Кулибины! Чай готов? Анекдот про двух психов слышали? А рыбок кормили? Палыч на планерке? А Вовка из отпуска не вернулся? Я вчера в БДТ ходил! А какого хера вы партию не добили - доска-то одна! Во, бля, самое главное -у нас пополнение! Серега, придется потесниться, забыл вам в пятницу еще сказать!

Послышалось недовольное ворчание Сереги:

– Ну как обычно, сначала понос, потом новости. Торопидзе ты наш, что за пополнение?

– Какой-то комсомолец при галстуке сейчас в курилке торчит, с народом общается. На вид полная амеба... стеклянная и отглаженная. Вроде молодой специалист из твоей, Вань, альмы-матери.

Из-за шкафа раздалось тихое пение:

– Не могу смотреть без смеха на козлов из Политеха!

– Лишу матдотаций, профессор! Или выпорю за дискредитацию!
– рявкнул Иван.

– Ухожу, ухожу, ухожу... Это я любя, ты же знаешь, Ванька. Бляха-муха! Думал колбаса, а жена селедку положила. Вот ё... Мужики, чем запах убить? Мне же в профком надо бежать... к Сонечке!