время в поселке мужчины изловили и разделывали на самодельном столе

громадного тайменя (длиной около полутора метров). Наваристой ухи и

жареного тайменя с лихвой хватило на весь наш небольшой поселок.

Идя утром с рыбалки, наши мужчины то и дело подбрасывали в столовую

связки рыбы (хариусов, тайменей и всякой другой). А женщины помогали

повару ее чистить, чтобы успеть всех уходящих на работу накормить сочной

жареной рыбой и потрясающе вкусной ухой. В окружающей нас природе была

наша Жизнь.

*

БЫВАЛО И ТАКОЕ

Однажды весной два рабочих: дядя Коля и паренек Петька рыли шурф.

Когда добрались до коренных пород, то решили отдохнуть. Присели на чуток,

но не успели выкурить по папиросе, как вдруг оба почти одновременно

глянули наверх и обомлели: на них сверху вниз неотрывно глядели

внимательные глаза медведя. Проснувшийся весной зверь всегда очень злой и

голодный. За зимнюю спячку отощал, а нового жира еще не успел нагулять.

Потом медведь незаметно (бесшумно!) ушел, а дядя Коля быстренько вылез из

злосчастного шурфа по шаткой лестнице, сбегал в теплушку, схватил ружье и,

не мешкая, стал выслеживать этого незваного медведя. А Петька продолжал

оцепенело сидеть на дне шурфа и дрожать от страха.

Но вышло так, что не дядя Коля высмотрел медведя, а этот здоровущий

медведь - его. Внезапно набросился, стянул ему волосы вместе с кожей с

затылка на глаза - "содрал скальп", навалился всей свинцовой тушею и

быстренько придушил, а потом завалил валежником и так оставил беднягу.

Петька, когда осознал, что дядю Колю ждать уже нечего, вылез из

проклятого шурфа и со всех ног прибежал на базу. Геологи быстро

организовали поиски и к утру нашли то место, где разбойно погиб дядя Коля.

Шок был настолько силен, что с того случая Петька работать на шурфах

категорически отказался. Перешел в бригаду - поближе к людям.

*

ГРИБЫ

Горожане могут и не поверить - сколько может быть в нехоженой тайге

грибов. И воистину преступление, если кто ходит за грибами без перочинного

ножичка. Не надо далеко искать - их и так полно под ногами. Ну а если

заглянешь под еловую ветку, то там их целая "родословная" - сплошные

шляпки. И побольше, и поменьше, и друг друга закрывают, и по цвету разные.

Пока обойдешь вокруг этой елки и срежешь шляпки - вот и полведра. И

оставлять эти красавцы-грибы не хочется - так и кажется, что они обидятся:

"А мы чем хуже?"

Если пойти в тайгу уже глубокой осенью, то везде увидишь: грибы на

веточках наколоты. Это белочки сделали запасы на случай, если не хватит

орехов, припасенных загодя на голодную зиму.

*

БУЯН

Наша геологическая партия купила в поселке у одного домовладельца

дом, так как хозяин этот уходил на пенсию и уезжал. Четыре комнаты отдали

главному геологу с большой семьей, а одну, маленькую, выделили мне. При

доме этом осталась очень злая собака по кличке Буян. Меня она еще терпела

потому, что мне досталась ее кормить.

И вот однажды Буян заскучал, притих, и даже главного геолога стал

пускать проходить за дровами в дровяник. Почему-то молча лежал возле своей

будки и плохо ел. Но когда я присмотрелась повнимательнее, заметила, что

одно ухо у него сильно распухло и покраснело.

Оказалось, что в это ухо впились шесть клещей. Недолго думая, я

намочила керосином большой ком ваты и приложила к собачьему уху.

Буян не сопротивлялся и только поскуливал, а минут через пятнадцать

на ватке лежали все эти голубчики-клещи. Вылезли они почти добровольно.

После этого приложила вату с одеколоном: жар утих, опухоль постепенно

опала. Буян тут же облизал мне с благодарностью руки и заметно повеселел.

После этого мы подружились.

*

ГОРНОСТАИ

"Геологические избушки" обычно сделаны наспех. Они маленькие,

продувные и жить в них можно, если топить "пляшущую" железную печурку

круглосуточно. Но на эту печку мы никогда не надеялись - ведь всю ночь