– Вы не любите журналистов?

– Почему же? Люблю и даже очень! Только молоденьких представительниц женского пола!

Вокруг уже хихикали не переставая. Это хорошо, подумал Костя. Хорошо, что мне удалось внести элемент несерьёзности и шутовства в эту беседу.

– А вы сами разве не пытаетесь влиять на сознание людей?
– вдруг совершенно серьёзно спросил чернявенький.
– Ваши книги полны всяких ужасов. И если они попадаются на глаза не совсем уравновешенным людям, то вполне возможно, что...

– Мне уже доводилось слышать подобные обвинения в свой адрес, - устало произнёс Костя.
– Но едва ли среди этих обвинителей есть хоть один работник правоохранительных органов. Иначе я был бы уже очень далеко отсюда... И я сильно сомневаюсь, что среди этих обвинителей присутствует хоть один здравомыслящий человек. Я - писатель. Я пишу книги. Для людей. Для НОРМАЛЬНЫХ людей, заметьте себе. Всем же остальным, то есть НЕ нормальным, я настоятельно советую просто не покупать моих книг. Чревато, - Костя мило улыбнулся чернявенькому.
– А что касается всех этих обвинений вообще, могу сказать одно - с таким же успехом вы могли бы обвинять изготовителя лопат, если бы его лопатой кого-нибудь убили...

В зале послышались редкие аплодисменты. Костя обвёл за взглядом и вдруг...

Огненно рыжие волосы! Словно полыхающее пламя факела!..

Дина!!!

...ствол револьвера замирает в дюйме от её головы...

...Дина...

Нет, не Дина. Это и не могла быть Дина. Это просто Лариса... Лариса...

– ...разве я не прав?!

– Что, простите?
– Костя наморщил лоб. Я зале повисла напряжённая тишина. Чернявенький посмотрел на него с недоумением.

– Извините, я пропустил ваш последний вопрос, - Костя смущённо улыбнулся.
– Работа, знаете ли!.. Утомляет...

– 6

– Чего это ты в конце-то? Растерялся, что ли?!
– Сергей недовольно покрутил головой.

– Чёрт его знает!
– ответил Костя.
– Достал меня этот хрен! Откуда он вообще?

– Из "Планеты". Вместо Дины. Зараза...

– Отправили бы его в Питер!
– вдруг в сердцах сказал Костя.
– Чтоб его там... в гостинице... из револьвера... тридцать восьмого калибра...

– Чего?!
– насторожился Сергей.
– Дину что, застрелили из револьвера тридцать восьмого калибра?!

Костя мрачно посмотрел на Сергея. Этого ещё не хватало, подумал он.

– Откуда ты знаешь?
– наседал на него Сергей.
– Карина сказала? А она откуда знает?

– Да никто мне ничего не говорил!
– признался Костя.
– Просто... У меня в романе один хрен убивает женщину из такого пистолета! И всё!

– Из такого же, из какого и Дину?
– уточнил Сергей.

– Да не знаю я ничего про Дину твою!
– разозлился Костя.
– Просто так сказал! По ассоциации! Понял?

– Такие ассоциации, молодой человек, - авторитетно произнёс Сергей, тянут лет на десять! Со строгой изоляцией, между прочим!

– Слушай, Серый! Я к тебе зачем пришёл? Показания давать? Или водки выпить? Чего ты на меня наседаешь? Хоть ты-то - оставь меня в покое! Хорошо?

– А ты поменьше языком трепли!
– справедливо заметил Сергей.
– Ляпнул бы на конференции что-нибудь подобное - и всё! Водки он зашёл выпить, видите ли... А чего тогда сидишь?! Давай, наливай!
– приказал Сергей и принялся разделывать лежащую на тарелке и исходящую паром жареную курицу.

Они расположились за столом в квартире Сергея. Костя всерьёз решил отдохнуть несколько дней от работы. Сергей тоже оказался свободным от дел и они договорились вдвоём посидеть и немного выпить. Тем более, что встречались они в последнее время всё реже и реже. В качестве закуски Сергей раздобыл совершенно потрясающих размеров курицу, коей на сегодняшнем вечере предстояло быть в центре внимания.

– Ну, давай!
– поднял рюмку Сергей.
– За тебя!

– За нас, - поправил Костя.

Сергей критически оглядел три бутылки водки и отрицательно покачал головой.

– За нас - потом, - возразил он.
– Не мешай всё в кучу! Сначала - за тебя, потом - за меня, а потом уже - за нас.

– А ещё потом?
– хитро спросил Костя.

– За неё!
– Сергей указал на курицу.

Они чокнулись и выпили. Водка была холодная и очень вкусная.

– Что-то ты бледновато выглядишь, - заметил Сергей, жуя кусок белого мяса.

Костя только махнул рукой.

– Работа достала?