Шрифт:
— Вот вам, — рассмеялся я. — Чтобы не задавались.
Она смотрела на меня.
— Вы смеетесь. Оказывается, вы можете смеяться.
— Что за чушь вы мелете?
— Это не чушь, — она покачала головой. — Вы действительно смеялись. Раньше я никогда не видела вас смеющимся.
Ее руки обняли меня за шею. Холодный нос, теплые губы, язык — как огонь. Наконец, мы оторвались друг от друга.
Наши взгляды встретились.
— Едем к тебе? — робко спросила она. — Да?
Глава 5
Самолет Джека приземлился в семь утра. В восемь пятнадцать он уже звонил в мою дверь.
Она вскочила, как от удара хлыста. Глаза ее широко раскрылись.
— Кто это?
— Не волнуйся. У меня встреча, — я вылез из кровати, накинул халат.
— Надолго?
— Пара часов, не меньше.
— Жаль.
— Ты можешь выходить, когда захочешь. Прятаться ни к чему.
— Я лучше посплю. Если он уйдет раньше полудня, приходи ко мне.
— А если не уйдет?
— Я его убью и затащу тебя обратно в постель.
Она залезла под простыню, а я пошел открывать дверь.
От волнения Джек не находил себе места. Не помогли даже таблетки снотворного, которые он выпил, садясь в самолет. За завтраком он все время ерзал на стуле.
— То есть старик не возражал?
— Абсолютно. Мне даже показалось, что мое предложение пришлось ему по душе.
— Он знает, что я еврей?
— Полагаю, что да. По-моему, ему известно все, и даже чуть больше.
— Мой бог, — он покачал головой. — Подумать только!
Еврей — президент «Синклер ти-ви». Десять лет тому назад меня бы не приняли туда дворником.
— Мир меняется, — философски заметил я.
Джек хотел встать, но тут же опустился на стул. Посмотрел на меня.
— Ноги меня не слушаются.
— Выпей еще кофе, и все пройдет, — я наполнил его чашку.
— Сейчас приду в себя. Очень уж быстро все свершилось. Еще вчера, когда ты позвонил второй раз и поздравил с назначением, я тебе не поверил.
— А теперь веришь?
Он посмотрел на меня, кивнул.
— Да. И знаешь, что меня убедило?
Я покачал головой.
— Снег. Когда самолет пошел на посадку, я увидел снег и понял, что это не сон.
— Утром о твоем назначении сообщат газеты. В половине первого ты приглашен на ленч к Синклеру. В половине третьего ты проводишь совещание с начальниками отделов.
— Ты будешь?
— На ленче — нет. Но на совещание приду.
Он кивнул.
— Все решения я буду согласовывать с тобой.
— Нет.
На лице Джека отразилось недоумение.
— Кому же я должен докладывать?
— Никому. Ты — руководитель телевещательной компании. Она — твоя. И решения тебе принимать самому. Я прошу тебя лишь об одном — держи меня в курсе событий.
— А если я наломаю дров?
— Ты же и поплатишься. Но дров ты не наломаешь. У тебя будут ошибки. Иной раз твои действия не приведут к желаемому результату. Но я готов поспорить, что гораздо чаще ты будешь принимать единственно верное решение.
— Что ж, это реальный подход, Стив, — он раскрыл «дипломат», достал несколько листков. — В самолете я просмотрел программу наших передач. У меня возникли кое-какие идеи. Хочешь их выслушать?
Я кивнул.
— Возможно тебе не понравится то, с чего я начну.
— Все равно говори.
— Я отменю тематические выпуски. С какой стороны на них ни посмотреть, прибыли они не дадут. Вместо них будем показывать фильмы, одновременно готовя новую передачу.
Я кивнул.
— Что еще мне не понравится?
— Энгел Перес. Я знаю, что ты его недолюбливаешь.
Но он умен, умеет работать и очень честолюбив. Я хочу, чтобы он стал исполнительным вице-президентом «Синклер ти-ви».
Я молчал.
— Я предупреждал, что тебе это не понравится.
— И напрасно. Тебе с ним жить. Придется постоянно оглядываться, дабы не получить удар в спину.
— Если я не смогу позаботиться о себе, нечего мне делать на этой должности.
— Согласен с тобой. Что еще?
Он решил покончить с тремя моими любимыми программами.