— Это точно.

Он пробурчал что-то еще и молчал, пока мы не подъехали к моему дому. Я дал ему на пять долларов больше.

Он улыбнулся.

— Счастливого вам Рождества.

— А вы купите внукам рождественские подарки.

Я вошел в квартиру, зажег свет. Ничего не изменилось с той минуты, как я уехал три месяца тому назад.

Даже количество ледяных кубиков в ведерке на стойке бара.

Только я налил себе виски, зазвонил телефон.

— Добрый вечер, босс, — в трубке раздался голос Шейлы. — Я внизу, с вашими бумагами.

— Поднимайся наверх.

Я наполнил второй бокал и тут же в дверь позвонили.

Снежинки сверкали на ее черном пальто. Она улыбнулась.

— Привет, Стивен.

Я поцеловал ее в щечку.

— Приятно приезжать домой, зная, что увижу тебя. Я налил тебе шотландского.

Она прошла к бару, взяла бокал, выпила виски.

— Я рада, что ты вернулся. Заварушка серьезная.

— Расскажи.

— Сначала поползли слухи. Я никак не могла определить откуда. Всех начало трясти. Тебя нет. Синклер сидит в своем замке и лишь бомбардирует все этажи служебными записками, пугающими еще больше, — Шейла запнулась, переводя дыхание. — Выпью-ка я еще.

Я вновь наполнил ее бокал.

— Это ты посоветовала Энгелу позвонить мне?

Она кивнула.

— Как ты узнал?

— Догадался. Энгел далеко не ангел. Очень честолюбив. И требовалось убедить его, что выгоднее взять мою сторону, а не перебегать к противнику.

— Плохо, что ты постоянно в Калифорнии. Сотрудники начинают терять веру.

— Наверное, в недалеком будущем придется переводить штаб-квартиру туда. В Нью-Йорке, по существу, нужен только отдел продаж. А остальные сидят тут по привычке.

— По привычке или нет, но пока штаб-квартира здесь, — на том она и закончила, но я без труда прочитал ее мысли. Президент должен быть там, где работают его подчиненные. Хотя бы для того, чтобы сохранить за собой этот пост. Если, конечно, я этого хотел.

А вот тут передо мной вставала дилемма.

Хотел ли я оставаться президентом «Синклер ти-ви»?

Год на год не приходится. То он плохой, то хороший. Я знавал всякие. Так долго бежал вверх по склону, что это вошло в привычку. А стоило мне чуть сбавить темп, со стороны могло показаться, что я уже скольжу вниз. А потому приходилось вновь поддавать жару.

Спенсера я не винил. Он делал лишь то, что от него требовалось. Следил за работой всего механизма, а если тот начинал прокручиваться впустую, подтягивал гайки.

Механизмом этим управлял я. Естественно, с меня он и начал.

— Кому известно о моем приезде?

— Похоже, что всем, — ответила Шейла. — Когда я уходила, горели чуть ли не все окна. Они хотят подготовиться к завтрашней встрече.

— Завтра я не приду. Буду работать здесь. Переключи телефоны.

Она знала, о чем я прошу. В квартире я установил многоканальный телефон, напрямую связанный с моим кабинетом. Так что человек, который мне звонил, и не подозревал, что я отвечаю ему из квартиры.

— Будут особые указания?

— Да. Не соединяй меня с Синклером. Я не хочу с ним говорить.

— А если он будет настаивать?

— Передай ему мои слова. Я уже стар для всяких игр.

Да и он, пожалуй, тоже.

Она закрыла блокнот. Я проводил ее в прихожую, помог надеть пальто. Она посмотрела на меня, на ее лице появилось непонятное мне выражение.

— С тобой все в порядке, Стивен?

— Конечно. А что?

— Не знаю. Ты какой-то странный. Словно исход тебе абсолютно безразличен.

— Надоели мне эти разборки. Каждый раз одно и то же.

— По-моему, дело не только в этом.

— Возможно, я устал. К утру приду в себя.

На том она и успокоилась.

— Спокойной ночи, Стивен.

Я закрыл за ней дверь и вернулся к бару. Налил себе виски. Постоял, задумавшись. Фогарти знала меня лучше, чем я сам. Возможно, она увидела во мне то, чего я разглядеть не мог. Я глотнул виски и начал проглядывать оставленные ею бумаги.

Наверное прошло не меньше получаса, прежде чем вновь звякнул дверной звонок. Я как раз заканчивал последнюю служебную записку. Дочитал до точки и пошел открывать.

Думал я в тот момент о чем-то своем, но стоявшая перед дверью девушка тут же вернула меня на землю.

Длинные светлые волосы, спускающиеся ниже плеч, овальное личико, огромные темно-синие глаза. Короткая шубка из меха рыси, вся в снежных алмазиках.

Чуть вздернутый носик, ровные зубки и чувственные губы.

— Привет, — поздоровался я.

— Я — Мириам Далинг, — представилась она. — Для удобства можете звать меня Дорогуша [33] .

Я улыбнулся.