— Что он просто прелесть!

— Ха! Ха! Ха! — не выдержал Ронни. Потом юноша внимательно посмотрел на Дональда: — Как вам это нравится, сэр? Из слов Дорис я понял, что ее упитанный ухажер сначала лупил свою жену, а потом и вовсе отравил ее. И после этого она называет своего ловеласа «прелестью»!

— Дон Угрюмо, не могли бы вы заткнуть рот этому злопыхателю, пока я не закончу? Кстати, если уж на то пошло, Торли ни в чем подобном не виноват!

— Ха! Ха! Ха! — раздалось ей в ответ.

— Послушайте, я обращаюсь к вам двоим — перестаньте ссориться! — вмешался Холден.

После короткой заминки все продолжили путь. «Что сейчас делается в склепе?» — напряженно размышлял Дональд.

— Я… Я люблю его! — внезапно заявила Дорис. — И все же Торли разочаровал меня сегодня.

— Почему, Дорис? — ровным голосом спросил майор. («Спокойно, Ронни!») — Почему?

— О нет, вовсе не из-за мнимых избиений этой женщины. Торли никогда ее не бил. — Глаза девушки засияли. — Но я бы скорее восхищалась им за это!

— Это с чьей стороны посмотреть, — заметил Холден.

— Если бы меня поколотили, я бы восприняла трепку спокойно. — Мисс Локи метнула быстрый взгляд на Ронни через плечо майора. — А вот у тебя вряд ли хватило бы смелости отлупить меня. Нисколечко в этом не сомневаюсь!

— Ну и напрасно! — резко бросил юноша, высовываясь из-за плеча Холдена с другой стороны.

— Эй, перестаньте! — снова вмешался тот.

Ситуация действительно перестала быть смешной, потому что бескровное лицо юноши еще больше побледнело и начало подергиваться, а в его голосе Дональд ясно слышал опасные нотки, какие майору не раз доводилось слышать в голосах взрослых мужчин, и означали они решимость.

— Вы сказали, Дорис, что мистер Марш разочаровал вас сегодня, — напомнил Холден.

— Да. Когда его начали осыпать гадкими вопросами, я решила, что он сейчас сотрет всех в порошок. Но Торли этого не сделал. А мне он всегда казался похожим на брокера с Уолл-стрит из моего любимого фильма…

— Опять кино! Ну хоть вы скажите, сэр… — не выдержал Ронни, заранее состроивший трагическую мину.

— Эй, полегче! — огрызнулась Дорис.

Но Меррик не унимался:

— Приводишь ее в кинотеатр, а на экране какой-нибудь здоровенный «шкаф» крушит все на своем пути, как дикарь с Борнео. И что вы думаете? Она закатывает глаза, вздыхает и тает от восторга. Между прочим, в реальной жизни этого крутого пария слуги просто спустили бы с лестницы.

— Речь, достойная отпрыска лорда Сигрейва! — съязвила девушка.

Они подошли к бордюру шоссейки. Парочка не прекращала перепалку, а Холден все раздумывал, как бы повежливее откланяться. Но тут слова, нечаянно оброненные мисс Локи, заставили майора насторожиться.

— Знаешь, Ронни, что больше всего меня бесит? Во всем виновата эта женщина!

— Как это? — Глаза юноши изумленно распахнулись.

— Помнишь, я тебе когда-то говорила, что Марго Марш сходит с ума по какому-то незнакомцу?

— По тому красавчику средних лет, с которым Джейн Паултон застукала ее однажды на Нью-Бонд-стрит?

«А вот это новость!» — подумал Холден.

— Джейн тогда не разглядела его лица, — пояснила девушка, — поэтому нам ничего о нем не известно. И все же… — Она задумалась. — Несмотря на мои сегодняшние речи в защиту Торли, мне иногда кажется, что мистер Марш знает этого человека, только почему-то не хочет признаваться. Если вы найдете любовника этой женщины, вы узнаете, кто отравил ее!

— Вздор! — вдруг выкрикнул Меррик.

— Вздор?

— Если этот тип крутил с нею роман, — уверенно заявил Ронни, — зачем ему убивать? Любовник ничего не выигрывал в случае смерти Марго.

— Эта женщина раздражала его, и он убил ее, — предположила мисс Локи. — Или предмет ее чувств был семейным человеком, а она хотела женить его на себе. Вот он и отравил ее.

— Или это был какой-нибудь политикан, опасавшийся скандала! — Юноша не мог скрыть сарказма. — Может быть, это был мистер Этли?

— Да говорю же тебе!..

— Дорис! — осторожно, но решительно перебил юную леди Холден.

Все трое остановились.

Они уже миновали дом викария и часть высокой тисовой изгороди. Впереди замаячили огни «Уайдстэрз», в темноте даже можно было различить фасад с полукруглой лестницей, давшей дому это название.

— Дорис, что это вы сейчас говорили о Марго и о Нью-Бонд-стрит? — В мыслях майора уже начала вырисовываться картина смерти Марго. — Вы понимаете, что это может оказаться важным свидетельством? Ваши слова ведь могут оказаться правдой!

— О господи! — Дочь сэра Дэнверса побледнела. — Но ведь вы не выдадите меня?