Основной упор мы должны сделать на немедленное реагирование. Поэтому необходимо разделиться на группы по шесть человек, которые могут начать действовать в любой момент и в любом направлении. Вам будет оказано содействие со стороны штурмовых подразделений и спецотрядов по освобождению заложников.

— Сэр, — подала голос Сакс.

Перкинс нахмурился. Очевидно, здесь было не принято прерывать брифинг.

— В чем дело, офицер?

— Я просто хочу спросить вас, что будет с жертвой?

— С кем? С той немкой? Вы считаете, что ее необходимо еще раз опросить?

— Нет, сэр. Я имела в виду следующуюжертву.

— Разумеется, — тут же нашелся Перкинс, — мы будем иметь в виду возможность захвата следующей жертвы.

— Он ее уже захватил, — не отступала Сакс.

— Правда? — Ответственный агент взглянул на Деллрея, но тот лишь неопределенно пожал плечами. — А откуда это вам известно? — поинтересовался он у Сакс.

— Я точно не могу сказать, сэр. Но он оставил на месте преступления «ключевые» предметы. Он бы не стал этого делать, если бы не намеревался совершить следующее убийство. Поэтому я и прихожу к выводу, что он либо уже похитил жертву, либо вот-вот сделает это.

— Мы примем это к сведению, офицер, — продолжал ответственный агент. — Мы мобилизуем все наши силы для того, чтобы этого не произошло.

— Наверное, все-таки будет более правильно сосредоточить наши усилия на поимке самого преступника, — вставил Деллрей.

— Детектив Сакс… — начал было Перкинс, но Амелия его перебила:

— Я не детектив, сэр. Я приписана к патрульной службе.

— Ну да, — Перкинс разглядывал стопки папок на столе. — Я думаю, будет неплохо, если вы введете в курс дела остальных наших сотрудников.

Тридцать агентов ждали ее выступления. Среди них и две женщины.

— Просто расскажите им то, что видели сами, — подсказал Деллрей, зажимая незажженную сигарету в своих лошадиных зубах.

Она поведала им то, как проводила осмотры мест преступлений и закончила выводами, к которым пришли Райм и Терри Добинс относительно личности подозреваемого. Большинство агентов были взволнованы необычным поведением преступника.

— Как игра в шарады, — пробормотал кто-то в зале. Один агент спросил, не несли ли «ключевые» предметы некой политической смысловой нагрузки, которую они могли бы расшифровать.

— Нет, сэр, мы считаем, что преступник никоим образом не относится к террористам, — упрямо повторила Сакс.

Перкинс счел необходимым самому обратиться к Амелии:

— Позвольте мне узнать, офицер, считаете ли вы этого преступника умным человеком?

— Даже очень умным, сэр.

— А не может ли он вести двойную игру?

— Что вы имеете в виду?

— Вы… то есть нью-йоркская полиция, полагаете, что мы имеем дело только с обыкновенным психопатом. Если быть точнее, с уголовным преступником. Но не исключено, что он именно этого и добивается, а на самом деле скрывает свою истинную цель.

— Например?

— Возьмите хотя бы эти «ключевые» предметы. Не могут ли они быть использованы просто как отвлекающий маневр?

— Нет, сэр, они явно подсказывают направление, в котором следует искать жертву, — заявила Сакс. — Мы их и находили по ним.

— Это понятно, — быстро отреагировал Томас Перкинс. — Но, поступая таким образом, он может одновременно уводить нас от своих истинных целей, верно?

— Наверное, это возможно. — Сакс даже не задумывалась раньше над такой постановкой вопроса.

— А шеф полиции Уилсон из-за этого похитителя продолжает оттягивать людей, занятых на обеспечении безопасности конференции ООН. Этот подозреваемый отвлекает на себя всеобщее внимание, развязывая тем самым себе руки для выполнения какой-то основной миссии.

Сакс подумала, что нечто подобное уже приходило ей в голову, когда она видела сегодня отряды полицейских, обшаривающих ту же Перл-стрит:

— Так он нацеливается на ООН?

— Мы так думаем, — кивнул Деллрей. — Те же люди, что стоят за неудачной попыткой взрыва здания ЮНЕСКО в Лондоне, могут попробовать взять реванш здесь.