Мидоус я знал не понаслышке. Так называли огромную болотистую пойму, начинавшуюся в паре миль к югу от того места, где мы находились, в месте впадения в Хакенсак небольшой речушки Оверпек. Оттуда Мидоус простирался вплоть до самого залива Ньюарк. Поразительно, но от этого дикого и колоссального, затапливаемого приливами болота, буквально рукой подать до нью-йоркской Пятой авеню. В ясный день, сидя в лодке посреди залива, можно даже разглядеть Эмпайр Стейт Билдинг. Однако близость к Нью-Йорку никак не повлияла на совершенно гиблый и заброшенный характер местности - земли, сулящие неслыханные прибыли своему владельцу, до сих пор оставались полузатопленными и неосвоенными.

Испещренная бесчисленными речушками, старицами, заводями и протоками местность густо поросла непроходимой болотной травой, а обнажавшийся после отлива вязкий ил был такой же смертельной ловушкой для неосторожно забредшего в эти края путника, как зыбучие пески. Если по Хакенсаку корабли, яхты и баржи поднимались прямо к Нью-Йорку, то по соседству, в Мидоусе, царствовали змеи, болотная дичь, ондатры и ящерицы. Несколько раз летом я приезжал в эти места на рыбалку, но клевало под палящим солнцем неважно, да и плавать в мелких водах было довольно трудно и небезопасно. Даже сам дух Мидоуса был какой-то безжизненный и затхлый.

Словом, я не мог не согласиться с Маллигеном.

– Вы правы, - сказал я, - но мне совершенна необходима ваша лодка.

– Почему?

– Вот этого сказать не могу.

– В чем дело-то, мистер? У вас неприятности, что ли? Или вы ищете приключения?

– Да, у меня неприятности, - кивнул я.
– Даже хуже. Словом, лодка мне нужна позарез.

– Ничем не могу помочь, - пожал плечами Маллиген.
– Я всегда рад выполнить любую просьбу клиента, но вы просите от меня невозможного. Мало того, что сезон ещё не наступил, так сейчас уже и ночь на носу. А вдруг вы расколотите лодку или сядете на мель - а то и вовсе затеряетесь. Я остаюсь без лодки, без мотора, да ещё и должен объясняться с полицейскими. А что я им скажу? Словом, мистер, выкиньте свою затею из головы. Кстати, у меня и лодки-то ни одной наготове нет.

– Мистер Маллиген, - сказал я.
– Мне нужна моторная лодка. Не для себя. Речь идет о жизни и смерти. Я заплачу вам двадцать пять долларов, даже пятьдесят долларов - сколько хотите. Но я должен получить моторку.

Он долго и пристально изучал меня. Потом потряс головой.

– Нет. Извините, мистер Кэмбер, но я ничем не могу вам помочь. Пятьдесят долларов - деньги большие, но...

Я резко схватил его за руку.

– Мистер Маллиген, вы женаты?

– А какое вам дело, черт побери?

– Дети у вас есть?

– Слушайте, мистер - топайте отсюда. Мне надоели эти разговоры.

– Только скажите - у вас есть дети?

– Есть, - раздраженно буркнул Маллиген.

– И у меня есть - одна-единственная дочка. Ей всего четыре года и её зовут Полли. Больше детей у нас с женой быть не может. Так вот, мою единственную дочку несколько часов назад похитили - вот почему мне так нужна лодка. Это мой последний шанс увидеть девочку живой. Пожалуйста, не отказывайте мне. Если хотите, я упаду на колени и буду вас молить. Дайте мне лодку, мистер Маллиген!

Он ещё раз задумчиво посмотрел на меня, потом сказал:

– Идемте со мной. Поговорим внутри.

Он провел меня в маленький домик - скорее лачугу, одна комната которой была почти доверху заполнена моторами, запасными частями и всяким инвентарем, а во второй разместились обеденный стол со стульями и письменный стол, заваленный бумагами, картами и журналами. Маллиген кивком предложил мне сесть, а сам достал из холодильника две банки пива и откупорил их. Я замотал головой.

– Выпейте, - сказал Маллиген.
– Полегчает немного.

* * *

Я не скрыл от него ничего. После того, как данный мною обет молчания был нарушен, меня словно прорвало. Маллиген внимательно слушал, не перебивая; налитые кровью серые глаза, прищурившись, неотрывно смотрели на меня, обветренное лицо ничего не выражало. Когда я закончил, он только кивнул и сказал:

– Да, Кэмбер, влипли вы по самые уши.

Я тоже кивнул.

– Для вас это, должно быть, как гром посреди ясного неба, да? Честные добропорядочные граждане, жили себе да поживали с ребенком, и вдруг вляпались в криминальную историю. Вы ведь наверняка никогда прежде не имели дела с бандюгами?

Я помотал головой.

– Понятно - вот они и возят вас мордой об пол. Скажите, Кэмбер, почему вы все-таки не обратились в полицию? Там, конечно, не ангелы служат, но ставить на место всякую шваль они умеют.

– Мы с Алисой решили, что в этом случае Монтес прикажет своим людям убить Полли.

– Вот как? Что ж, Кэмбер, тогда приготовьтесь к самому худшему. Вашу дочку они в любом случае убьют. Так уж обстоит дело с похищением детей преступников ждет одна и та же кара, вне зависимости от того, останется жертва жива или нет. А ребенок - ключевой свидетель.