Новый год будем справлять дома. Привез шампанское, которое сейчас в большом дефиците, больших красных яблок, апельсины.

Вчера на работе до часу ночи читал "Сказание о Юзасе" Балтушиса. Специально взял в библиотеке, чтобы перечитать. Сильная вещь. Она нужна мне для задуманного романа.

1988 год

1 января 1988 года.

Я смотрю на писателей и думаю: когда же они достанут из столов заветное и опубликуют? В журналах - возвращенная и лагерная проза; много воспоминаний; много разоблачительно-обличительной публицистики. Много о Ленине, Сталине, Жданове, Молотове, Кагановиче, Хрущеве, Троцком, Бухарине, Пятакове, Рыкове, Радеке, Ежове, Берии и проч. Читается запоем. И пока эта волна не пройдет, пока не скажется вся правда, современная литература не появится в журналах, так я думаю. У нее сейчас вынужденный тайм-аут. Не хватаем ей журнальных площадей. Или ее самой не хватает?..

3 января 1988 г. Зеленогорск, гараж.

Удивительная погода сегодня. Тепло, юго-западный ветерок, и в небе синие промоины. Плюс четыре.

Два дня валил снег, навалило по колено, но корочкой покрыться он не успел, и его стал стегать и прошивать дождь. И снег стал мягким и пышным, как всбитые сливки. А дождь все идет и идет. Салаты, оставшиеся после праздников, пироги. В гараже затишье.

Вчера гостили у нас супруги Смоляровы с сыном Денисом. "Творцу преуспевать не надлежит, - напомнил я, когда Смоляров, нервно расхаживая по кухне, стал жалиться, что медленно прирастает его известность в широких кругах.
– И вообще, самая крепкая слава - посмертная. Не спеши, тебя еще узнает просвещенная публика".

Кто бы меня подбодрил?

Смоляров порадовался, что не успел вступить в партию. Был кандидатом, но уже не хочет. Так же, как и я, учился в аспирантуре, сейчас возит три раза в неделю баллоны с жидким азотом. Остальное время пишет. Упорный, черт. Платят мало. Фантастика у него специфическая, мало понятная для меня. Но уважаю - тексты добротные.

4 января, утро. Абсолютный максимум январской температуры сегодня: + 5. Весна на улице - ручьи, реки.

Сегодня утром, когда я уже записал в журнал передачи смен: "За время дежурства происшествий ...", загорелась машина в гараже - замкнуло электропроводку.

Я выскочил из будки - в утренней мгле были видны фигурки людей, бегающих на фоне огня. Горел двигатель. Капот был откинут. Я схватил огнетушитель и побежал к машине. Пламя сбивали снегом, водой, два пустых огнетушителя валялись рядом. Я крутанул ручку, перевернул колбу, и несильная струйка вырвалась из огнетушителя и пропала в огне.

Было страшновато.

– Отходи, отходи, рвануть может! Пожарников надо вызывать...

Два парня вышвырнули снег из ведер на шипящий двигатель и отбежали.

Был соблазн бросить огнетушитель и отбежать - пламя и не думало уменьшаться. Но я достоял до конца, и что удивительно - пламя погасло. Оборвалась струйка, и погасло пламя. Видимо, выгорел бензин в карбюраторе, а дальше огонь не пошел.

Я бросил пустой баллон и пошел в свою будку отмечать путевки и выпускать машины за ворота. И был горд собой, что стоял один против горящей машины и загасил пламя. Теперь я понимаю тот азарт, который толкает людей на разного рода "подвиги": спасать колхозные трактора (да мать их ети, миллионы на ветер пускаем!) и т.п. Раньше, читая, подобные сообщения, осуждал такую отвагу. Теперь понял - азарт сильнее нас.

25 января 1988 года. Гараж.

Вчера праздновали день рождения Ольги.

Ольга уже два месяца ежедневно ходит босиком по снегу и обливается холодной водой. Молодец. Решила жить по методу Порфирия Иванова.

Сначала она выходила босиком на балкон и глубоко дышала. Потом мы закрыли балкон на зиму, и она стала выходить на улицу. Постоит вечерком в накинутой на рубашку шубе, подышит глубоко, скинет тапочки и пройдется босиком по снежку. И поднимается в квартиру, лезет в душ. Блаженствует. Каждый вечер без пропусков.

Несколько раз ее видели соседи. Она здоровалась, никак не комментируя свое необычное поведение. Лестница у нас тихая, почти никого не знаем, но со всеми здороваемся. Вскоре я стал замечать, что со мной стали здороваться как-то участливо, жалеючи. Бабульки, когда мы возвращались с Максимом из садика, пытались заговаривать с нами и расспрашивать о житье-бытье. Ольгу тоже стали вежливо расспрашивать о жизни, подбадривать словами типа: "В жизни всякое бывает, пройдет. Вот у Клавки из двадцатой квартиры мужик тоже пил, гонял ее по ночам, а потом и повесился. Она за офицером сейчас замужем. Он ее с ребенком взял".

Мы с Ольгой сделали вывод, что дворовая общественность растерялась и не знает, как расценить ее систематические выходы в ночной рубашке на улицу. То ли помешательство, то ли муж гоняет.

Ольга шьет. С 1-го февраля она берет патент на шитье на 11 месяцев, до конца года.

Я бегаю по Смоленскому кладбищу, но не систематически.

Коля Третьяков привез на буксире своей "технички" поломавшийся "камаз". Я написал заявку на ремонт - накрылось сцепление. Написал, конечно, не так, как сказал водитель, а культурненько - "Ремонт сцепления". Сели пить с Колей и водителем горячий чай. Сторож где-то бродит. Водитель попил, сполоснул стакан и побежал к машине - разбираться.