Он отбросил недокуренную сигарету и полез в кабину. И вдруг замер на подножке, с надеждой глядя на ребят.

– Хлопчики, выручите, а?
– осторожно сказал он.
– Я бы... Это такое дело. Понимаете, а?

Чего уж было не понять, когда водитель смотрел отчаянными глазами то на мальчишек, то на приткнувшийся к берегу "Орион".

– Вам обратно сколотить плот - на полчаса работы. Я и молоток оставлю. А мост получился бы, что надо. Это ж не долго. Ребята?

Как жить на свете, если не помогать друг другу? Втроём они закатывали на дорогу брёвна. Мост был готов за пятнадцать минут. Машина прошла.

Ребята начали разбирать переправу. Но тут подошёл и остановился тяжеловесный "МАЗ".

– Вы что... Головы у вас нет?!
– загремел водитель.
– Люди старались, а вы переправу губите!

– Это наши брёвна, - удивлённо возразил Гарик.
– Мы их дали шофёру. Он буксовал.

– Я вам дам "ваши". Сейчас забуксуете...
– Тяжело дыша, грузный водитель в промасленном пиджаке выбрался из кабины. Растерянно переглянувшись, ребята отступили.

Шофёр ногой закатил на старое место вытащенное бревно и провёл машину, ещё глубже утопив в глине остатки "Ориона". Подождав, когда отъедет "МАЗ", ребята снова принялись выковыривать брёвна. Когда, с ног до головы перемазавшись глиной, выпрямились они, чтобы передохнуть, Гарик сообрахил:

– Мачтой надо подковырнуть.

Скользя по глине босыми ногами, они подошли к воде, где лежала мачта. С реки продолжал дуть сырой плотный ветер. Маленькие крутые волны коротко хлестали о берег. В небе, жёлтом от низкого солнца и влажного тумана, проносились серые рваные облака.

Скользнув взглядом вдоль берега, Серёжка увидел далеко-далеко, у поворота, где река теряла свинцовый блеск и зелёной ниткой казался береговой тальник, колонну автомашин.

– Колонна идёт, - сказал он.

– Колонна?
– переспросил Гарик.
– Много?
– И тут же определил сам: - Машин двенадцать... Но мы до них успеем ещё...

Он замолчал вдруг. Дальше нужно был сказать слова: "...вытащить брёвна", но это было всё равно, что сказать "разрушить мост".

Далеко-далеко шла колонна грузовиков.

– Потом ещё будут машины. Бкз конца, - сказал Гарик.
– Ну, как?

Серёжка думал. Уже стал слышен гул моторов. Но ещё можно было успеть скатить брёвна к воде. Серёжка взял мачту и двумя руками, как тяжёлый гарпун, кинул её в реку. Гарик вздохнул и промолчал.

Потом они вымылись в реке. Вода оказалась тёплой, но ветер обжигал мокрое тело. Ребята оделись.

– Пошли?

Они двинулись в путь, держа в руках ботинки.

Впереди было семь километров размытой дороги и пять километров асфальтового шоссе. В мокрых кустах шумел ветер. Солнце клонилось к горизонту где-то за облаками.

В трёх километрах от города, когда уже стемнело, их взяла на борт попутная машина.

Владислав Крапивин

ВОСЬМАЯ ЗВЕЗДА

Рассказ

Поезд шел из Ленинграда в Свердловск. Ярко-желтый кленовый лист прилип к мокрому стеклу где-то у Тихвина и был теперь так далеко от родного дерева, как не занес бы его ни один осенний ветер. Лишь вечером поезд вырвался из-под низкого облачного свода. Впереди синело чистое небо, и первые звезды дрожали над черными кронами тополей.

Через несколько минут поезд остановился на маленькой станции. Красный огонь семафора светился впереди. Узнав, что путь не откроют, пока не пройдет встречный состав, я вышел на перрон. Это была обычная маленькая станция, каких сотни встречает на своем пути пассажир. Коричневый домик, желтый свет в окнах, палисадник с кустами акаций и высокие, нависшие над крышей тополя. Влажный ветер изредка пробегал по их вершинам, и тогда одинокие листья падали на дощатый перрон.

Я вынул папиросы и, достав из коробки последнюю спичку, закурил.

– Дяденька, у вас коробка пустая?
– раздался позади мальчишеский голос. Я обернулся. Двое ребят стояли передо мной: один в школьной форме, только фуражка на нем не обычная, серая, а наползающая на уши мичманка с "крабом"; другой, поменьше, оделся в громадный, видимо, отцовский, ватник и завернулся в него, как в тулуп. Должно быть, ребята лишь на минуту вышли из дома.

Оба выжидающе смотрели на меня.

– Какая коробка?
– удивился я.

– Ну, спичечная. Мы наклейки собираем, - пояснил старший.

Я отдал им коробку. При свете, падающем из окна вагона, мальчишки разглядывали этикетку. На ней вокруг улыбающегося земного шара мчался спутник.

– Есть у нас такая, - вздохнул обладатель мичманки.
– Ну, все равно. Спасибо...
– Он обхватил малыша в ватнике за плечи.
– Айда домой, Васек.

– Подождите, - остановил я их и нашарил в кармане другой коробок.
– А такая у вас есть?

Васек смущенно почесал веснущатую переносицу.
– Есть... Нам бы с космической ракетой...