На лице Прохазки появилось плаксивое выражение:

– Что же мне делать?

– Да ничего сверхъестественного.
– Полетаев решил взять на себя роль миротворца.
– Насколько я понял, господин Деланян не требует, чтобы вы непременно выполнили его поручение, но вы обязаны сделать все для того, чтобы его выполнить. Так что, боюсь, вам придется идти с нами.

– Свят, свят, свят...
– застонал Прохазка.
– Я знал, что это плохо кончится.

К ним подошел один из полицейских:

– Дамы и Панове, я попросил бы вас вернуться в свои номера и написать все, что вы знаете по поводу инцидента, произошедшего со слечной Чижиковой.

– Но мы ничего не знаем!
– зашумели туристы.

– Не волнуйтесь, это формальность, но, увы, необходимая.

– Так что же, нам здесь до ночи сидеть?

– Мы хотели успеть на теплоход, у нас экскурсия...

– Вы все равно не сможете это сделать, - полицейский посмотрел на часы, - он уже отчалил.

– "От пристани отчалил теплоход..." - замурлыкал Ример и, вскинув рюкзак на плечо, зашагал вверх по лестнице.

Глава 32

1

Обхватив плечи руками, Даша шагала из одного угла комнаты в другой. Кузина каллиграфическим почерком выводила слова объяснительной записки.

– Я не буду писать о том инциденте.

– О каком именно?
– Даша продолжала мотаться из стороны в сторону.

– Когда Деланян уронил на Прохазку свой завтрак, - как можно равнодушнее сказала Катя.

Замерев на полпути к окну, Даша обернулась:

– Почему? Ты полагаешь, это имеет какое-то отношение к смерти Чижиковой?

– Не знаю.
– Кузина вновь склонилась над листом бумаги.
– Не знаю, поэтому и не буду.

Даша подскочила к сестре и зашептала:

– Ты все прекрасно знаешь! Как только Чижикова хотела назвать имя того, с кем разговаривала Амалия, разговор был немедленно прерван. Это не случайность!

Катя попробовала возразить:

– Да, но она ясно дала понять, что ее невестка говорила с женщиной...

– Ну и что?
– Даша повысила голос.
– Лично я просто уверена, что Чижикову убил Артур. Вдруг это какая-то международная мафия, торгующая вечной жизнью?

Медленно отложив ручку, Катя откинулась на спинку кресла и взглянула сестре прямо в глаза:

– Что ты несешь?

– Яйца в сетке! Слушай, Амалия Чижикова говорила о меде, и жена Римера говорила о меде.

– Ну и что?

– А то! У Деланяна в книжке ведь тоже рецепт с медом. Значит, это он их убил. И тетку Чижикову тоже он. Чтобы замести следы.

– У тебя есть доказательства?

– Прямых пока нет. Но косвенных сколько угодно.

– Поделись.

– Начнем с того, что он хочет меня съесть.

Катя даже не улыбнулась:

– Ты хочешь об этом написать? Давай. Там, куда тебя упекут, Артур и впрямь тебя не достанет...

Даша вспыхнула:

– Как ты не понимаешь, само его появление подозрительно. Зачем богатому успешному молодому мужчине спонсировать вашу семью? Ему что, деньги девать некуда?

– Насколько я поняла, он делал это из-за тебя...
– Катя пожала плечами, но, заметив, как побледнела ее кузина, поспешила пояснить: - Я имею в виду не твой цвет волос, а то, что Артур и вправду мог быть в тебя когда-то влюблен.

– Влюблен!
– Даша горько расхохоталась.
– Двадцать пять лет назад! Я даже не помню, как он тогда выглядел.
– Произнеся эту фразу, она вдруг осеклась.

Катя вопросительно посмотрела на притихшую сестру:

– Что еще?

– Послушай, а я ведь действительно не помню, как он тогда выглядел. Я вообще не помню его в своей группе!

Катя побарабанила пальцами по полировке журнального столика:

– А многих ты помнишь в своей детсадовской группе?

– Ну, не многих, но... Наташа Варланкина, Дима Воронин... Света Гусева... еще кто-то был...

– Вот именно: кто-то!
– Катя казалась рассерженной.
– Если бы ты всех помнила, а его нет... Нет, это не доказательство.

– Да?
– Даша вскочила.
– А я вот сейчас добуду тебе такие доказательства, что закачаешься.
– Быстрым шагом она покинула номер.

2

Как всегда, на подполковника Полетаева было любо-дорого смотреть, словно ни смертей, ни ураганов в этом мире не существовало. Выбритый и надушенный, он восседал в своем номере за обеденным столом в прелестном домашнем костюме - переливчато-синем стеганом халате, отороченном сиреневым атласом, и синего бархата мягких брюках. На кармашке красовался шитый золотом вензель: "С.П.".