– Да, отказываюсь.

– Тогда зачем вы мне звонили? Зачем просили приехать?

Элиза нервно поправила прядь светлых волос:

– Мистер Брейк... Понимаете, меня долго не было в Америке, и, к сожалению, среди тех, кто меня окружает, совсем не осталось людей, которым я могла бы доверять. Вы же выглядите человеком порядочным. Кроме того, я хотела бы избежать ненужной огласки.

– Огласки?
– невольно переспросил гость.
– Боюсь, что не понимаю вас.

– Скажите, вы не знаете кого-либо, кто хотел бы приобрести мой завод?

– Как, простите?
– Брейк подался вперед.
– Я правильно понял - вы хотите продать свой завод?

– Да, только деньги мне нужны сейчас.
– Миссис Харрис перевернула визитку мистера Брейка и быстро написала сумму.
– Вот.

Нацепив очки, гость взял карточку.

– Сумма не малая.

– Но завод стоит этих денег.

– Безусловно. Однако продажа такого предприятия длительная процедура.

– Я готова уступить. Вы получите очень хорошие комиссионные. Наличными.

Председатель кашлянул. Сняв очки, он долго протирал их бархоткой.

– Позвольте спросить, зачем вы хотите избавиться от курицы, перед тем как она начнет нести золотые яйца? Это очень странно, я бы даже сказал подозрительно. Вы испугались?

Миссис Харрис досадливо отмахнулась:

– Это совсем не то, что вы думаете. Я по-прежнему не боюсь вашей экспертизы. Более того, человеку, согласившемуся выкупить завод, я позволю рассмотреть мое тело в лупу. Я готова сдать любые анализы и пройти любые тесты. Вас это устраивает?

– Но что толкает вас к продаже завода?

– Это сугубо личные проблемы. К бизнесу не имеют никакого отношения.

"Господи, когда же он вспомнит о Чепмене? Может, не стоило так в лоб?"

Но Брейк продолжал смотреть недоверчиво.

– Вы поможете мне?

– Гм. Миссис Харрис, вы чрезвычайно привлекательны и то, что вы выбрали именно меня как... консультанта, мне льстит, но...

– Что "но"?

– Но даже если бы я знал такого человека, то даже в этом случае вряд ли смог быть для вас полезным. Дело в том, что я не имею права на коммерческую деятельность. И уж тем более не могу явиться посредником в такого рода сделках. Мне очень жаль, но я ничем не смогу вам помочь. А теперь разрешите откланяться.

Элиза прикрыла рот рукой. Ей стоило немалых усилий сдержать рыдания. Оставалось надеяться, что Брейк передаст Чепмену их разговор, а тот не может не понять, что для него это единственный шанс избежать банкротства. Если, конечно, найдет нужную сумму.

Уже дойдя до двери, Брейк обернулся:

– Вы в самом деле согласились бы пройти экспертизу неофициально?

Элиза еле заметно кивнула.

– Вы очень странная женщина.
– Он поклонился и вышел.

2

В полутьме бара, в самом дальнем углу, отделенном от основного помещения деревянной перегородкой, тихо беседовали двое.

– Она хочет продать завод.

– Что это значит?
– Напротив Брейка сидел полный человек с красным лицом, время от времени вытиравший лысину большим клетчатым платком.

– Она сказала, что это личное.

– Она назвала сумму?

– Да.
– Брейк достал из портмоне карточку и протянул собеседнику.

– Ого!

– Это реальная сумма. Я бы даже сказал, чуть заниженная. И она готова уступить еще. Но деньги нужны сейчас.

– У меня нет таких денег.

– Я знаю.

Чепмен снова вытер лысину:

– Зачем она хочет это сделать?

– Не знаю. Но мне показалось, что она сильно кем-то напугана.

– Тогда, может, надавить на нее? Вынудить к сотрудничеству? Мы могли бы объединиться...

Вильям Брейк оглянулся по сторонам:

– Только, пожалуйста, без меня.

– Но как же...

– Я и так рискую своей карьерой, появляясь с тобой на людях.

Чепмен отвел глаза:

– Подумаешь, встретились два университетских товарища...

– Да, только теперь один из них председатель независимой Ассоциации БАД, а второй - владелец завода пищевых добавок, стоящий на грани банкротства.

– Вильям, помоги мне.
– Чепмен почти умолял.
– Я практически разорен, я нанял свору детективов, плачу огромные деньги, но пока им не удалось найти даже штрафной квитанции.

– Я не могу сделать большего. Я и так перешел всякие границы. Знаешь, что со мной станет, если кто-то узнает о нашем разговоре?

Чепмен продолжал уговоры:

– Но ты же можешь натравить на нее своих ребят. Вдруг все-таки окажется, что она сделала операцию?

– Это бессмысленно.
– Брейк покачал головой.
– Я видел ее с расстояния полуметра. На ней не было ни грамма косметики.