– Чего сейчас выяснять? Главное, добраться побыстрее до гостиницы, вымыться и спать.

Вскоре мелькнул указатель "Орешник", а еще через пару километров показалось единственное в округе трехэтажное здание с приветливо освещенным входом. Туристы облегченно вздохнули.

Гостиница всем понравилась. Многим, особенно тем, кто в Альпах никогда не бывал, она напомнила альпийский домик.

– Европа, - цокал языком Виктор Семенович.
– В такой глуши и такая гостиница. Еще бы покушать...

Надо заметить, что Европа в лице ночного портье была поражена не меньше наших. Посреди ночи, а на селе двенадцать - это глубокая ночь, к гостинице подъехало два такси, из которых вышли люди в спортивных костюмах, с рюкзаками и сразу же спросили, где ресторан.

– Вы издалека приехали?
– вежливо спросил портье, разглядывая их паспорта. Видимо, он решил, что перед ним участники ралли Владивосток Париж, потерпевшие аварию.

– Из Писека, - ответила Даша, пытавшаяся сообразить, кто с кем и в каком номере будет спать. Количество номеров, которые удавалось заказать, и количество комнат в них постоянно варьировались, что не позволяло разработать универсальную схему ночлега.

Портье удивился еще сильнее, но больше вопросов задавать не стал.

– Ваши ключи, - сказал он, - и позвольте пожелать вам спокойной ночи.

– Спасибо, - пробормотала Даша, сгребая связки со стола.
– Так, все сюда. Сейчас я называю имя и номер комнаты. Кому не понравится, может отправляться ко всем чертям на болота. Итак: Катька с Гошей - номер двадцать два, двухместный; я с детьми рядом, в трехместном; Прохазка Полетаев, номер двадцать шесть, двухместный; Виктор Семенович - Артур, номер тридцать два, двухместный и наконец Николай со своей тетей в тридцать шестом, одноместном, с дополнительной кроватью. Все ясно?

– Позвольте!
– заскрипел заслуженный турист.
– Кто вам сказал, что я согласен? Почему вы не спросили наше мнение?

– Потому что меня оно не интересует и я очень хочу спать. Кстати, что именно вам не нравится?

– Я не собираюсь спать в одной комнате с малознакомым молодым мужчиной.

– Ой!
– всплеснула руками Даша.
– Извините, пожалуйста. Тогда вам придется подождать два месяца, пока закончится сезон и освободятся апартаменты.

Виктор Семенович позеленел:

– Я попрошу вас со мной в таком тоне не разговаривать!

– Хорошо, а что вы предлагаете?
– поспешила вмешаться Катя, которая тоже хотела спать, но в то же время не хотела скандала.
– Чтобы вы спали с детьми, а Дарья с Артуром?

– Почему бы и нет?
– немедленно отреагировал Деланян.

– Потому, что это не совсем прилично, - мягко заметил Полетаев. Виктор Семенович, вам чем-то не нравится Артур Рафаилович? Но вам всего лишь переночевать пару ночей.

– Может, он боится, что ему после этого придется за него замуж выходить?
– хрюкнул Ример. Разозлилось сразу несколько человек.

– Николай, вы опять за свое?
– возмутилась Катя.
– Думайте иногда, что говорите...

– Нет, я все-таки набью ему рожу, - скрежетал зубами Деланян.

– Наглец!
– вопил Виктор Семенович.

– Да тише вы!
– шикнула Даша.
– Короче, говорите, с кем вы хотите спать, и кончим с этим.

– Я не сказал "спать", - после небольшой паузы выдавил заслуженный турист.
– Я сказал...

– Виктор Семенович, побойтесь Бога!
– взмолилась Даша.
– Первый час ночи, а мы будем заниматься синтаксическим разбором? С кем вы хотите пребывать в одном номере? Еще раз повторяю, речь идет не о всей жизни, а только о двух ночах...

– В таком случае я хотел бы их разделить с пани Марией...

– Да вы с ума сошли!
– У Кати волосы встали дыбом.
– Я не потерплю в присутствии детей никакого... никакого...
– Ей явно не хватало словарного запаса своих учеников.

– Оголтелого секса, - докончил циничный Ример.
– К тому же моя тетя еще девица, и я, как мужчина, как единственный присутствующий здесь родственник вынужден защищать ее честь и достоинство от посягательств сладострастных старцев. Извинитесь немедленно перед ней! Своим заявлением вы лишили ее невинности!

Несмотря на поздний час и адскую усталость, все покатились со смеху.

– Ах ты щенок!
– зашипел Виктор Семенович.

Чижикова, как ни странно, приняла все за чистую монету и, смущенно рассмеявшись, взяла племянника под руку:

– Микулаш, рыцарь мой, пан Виктор не хотеть меня оскорбить, мы просто говорить всю ночь...

– Знаю я, тетя, эти разговоры, - холодно ответил Ример.
– Почему вы решили, что ему можно доверять? А если он профессиональный "жених на доверии"?