— Отвезти куда-нибудь? А?

Принц молча забрался в машину на переднее сиденье. Уселся поудобней, только с четвертого раза сумел нормально захлопнуть дверцу. Мысли гуляли где-то далеко, а телом овладела слабость, когда не хочется ни шевелиться, ни чувствовать, ни жить — откинуться бы на сиденье, закрыть глаза и задремать.

— Эй, загулял, — весело сказал водитель. — Всю ночь, да? Крепок, парень.

— Я не пьян, — с трудом шевеля губами, ответил принц.

— Да ладно, я ж не мент. Что ты волнуешься? — прыснул тот. — Куда везти?

Руин назвал.

— А, к Мортимерам? Еще гулять?

Слова водителя заставили принца задуматься о самом себе. Предаваться неприятным мыслям было не в его привычках. Оставалось лишь справиться со слабостью. Разве мужчина может позволить себе слабость? Он взял себя в руки и постарался выкинуть из головы все, что причиняло ему боль. Если он и Реневера не могут понять друг друга, то лучше не мучить себя и любимую. Быть может, в Центре мужчина и в самом деле не имеет право спрашивать женщину, где и с кем она провела ночь. Провальский принц не способен приучить себя мириться с этим, но можно ли перекраивать Реневеру под свои привычки?

Пусть будет счастлива, с кем хочет.

Машина проскочила через несколько стационарных порталов и оказалась в квартале Грайдаиер, который водитель, как оказалось, знал так себе. Руину, который квартал и вовсе не знал, потому что раньше его сюда возил отчим, пришлось объяснять, куда и как поворачивать. Они дважды проскакивали мимо нужного поворота, но когда остановились напротив особняка с галереями, с крыльца легко сбежала Дебора.

— Руин! — окликнула она. — Ты? Как дела?

— Матушка, не могла бы ты мне одолжить денег — расплатиться? — спросил он в ответ.

— Конечно. Мэльдор!

Из дома выглянул ее супруг, схватился за бумажник и вручил водителю бумажку в двадцать кредов.

— Хватит?

— Больно много.

— Выпей за здоровье моего пасынка, — и протянул руку Руину. Пожал. — Рад тебя видеть. Все благополучно?

— Сейчас расскажу, — спокойно ответил он. — Но сначала ответьте: вы не против, если я поживу у вас немного? — Казалось, будто он спрашивает обоих, мать и отчима, но на самом деле обращался только к отчиму. А когда заметил, невесело усмехнулся над самим собой. Вот она, привычка — считать, что в семье все решает только мужчина.

— Конечно, не против, — ответил Мэльдор. — Живи, сколько хочешь. Сейчас придет Эрсина, я ей скажу, чтобы приготовила комнату. Тебе какую — на втором этаже с балконом или в мансарде?

— Мансарда интересней, — ответил принц, невольно поморщившись: в его родном мире мансарда была уделом бедноты. Но, во-первых, он не хотел стеснять новоявленного родственника, а во-вторых, когда он бывал здесь раньше, прогулялся по всему дому, и то, что он увидел, поколебало его представления о мансардах.

— Ну хорошо.

— Дорогой, я в Центр Красоты, — прощебетала Дебора.

— Матушка, зачем тебе в Центр красоты? — возразил Руин, заранее улыбаясь. — Ты и так неплохо сохранилась.

— Совсем ошалел? — возмутилась мать, мгновенно вспыхивая. — Много ты понимаешь в женской красоте!

— Я-то как раз очень много понимаю. Как мужчина.

— Болван!

— Сынок, не спорь с мамой, — улыбаясь, посоветовал Мэльдор. — Женщины всегда правы.

Как- то очень легко и естественно он произнес это слово — «сынок». Руин вдруг понял, что ему вовсе небезразлично, как относится к нему отчим. И ему очень приятно слышать подобное обращение из уст Мэльдора. И еще одна мысль мелькнула в голове: «Как бы я хотел, чтоб Мэльдор Мортимер и в самом деле был моим отцом». Общаться с мужем матери ему было все легче и легче. С каждым днем отношения становились естественнее. И если б теперь он узнал, что Мэльдор плохо обращается с Деборой, обижает ее или бьет, для провальского принца это был бы на стоящий шок.

Леди Диланэй, фыркая, завернулась в плащ — Руин машинально отметил дорогой мех на воротнике, красивое платье, сумочку: похоже, Мортимер продолжает баловать супругу, значит, все в порядке — и села в машину. Автомобиль рванул с места и, едва не задев распахнувшиеся ворота, быстро скрылся за поворотом. Сын недовольно покачал головой.

— Не стоило бы ей так гонять, — сказал он.

— Не волнуйся, — сказал, подходя, Мэльдор. — Прежде она слыла едва ли не лучшей автомобилисткой своего клана. Отличная реакция, потрясающе внимательна. Ни одного штрафа, кроме разве что за превышение скорости. Ни одной аварии.

— Трудно поверить. Мама так легкомысленна…

— Как истинная женщина. Она к тому же очень практична, не станет рисковать жизнью. — Мэльдор внимательно посмотрел на пасынка. — Расскажи мне, что случилось? Как в Провале?

— Там сейчас правит Киан Воин. Я был на его коронации.

— Это сулит проблемы?

— Нет, нисколько. Киан сочувственно относится к Деборе. Хотя ей не следует появляться в Провале в ближайшие пятьдесят лет. Полвека — время, в течение которого действует завещание покойного правителя.