– Капитан Пикард – изменник, который предал Федерацию, – сказал Спок.

Выход из тупика нашла Крашер.

– Уилл, мы были на станции Борга в транс-искривлении. Мы видели, как Спока поместили в ассимиляционную конструкцию. Но он не был ассимилирован, потому что он уже был частью коллектива.

Спок повернулся к Райкеру.

– Как я сказал вам, коммандер, я не был ассимилирован. И хотя у меня нет никаких объяснений ошибке в действиях Борга, я ручаюсь вам, что не являюсь одним из них.

– И я тоже, – сказал Пикард.

Райкер повернулся к Диане. Ее лицо было маской замешательства.

– Они все говорят правду.

– Или они все были запрограммированы, – зло сказал Райкер.

Пикард сделал шаг в сторону Райкера.

– Уилл, я понимаю твое затруднение. Но ты же не можешь верить, после того, что мы прошли вместе с того… с того первого раза, что я все еще часть их.

Спок также сделал шаг в сторону Райкера.

– Но в том, что вы полагаете, в моем контакте с коллективом, нет никакой логики. От атаки на Федерацию Борга и ромуланцев нас отделяют дни, если не часы.

Спок и Пикард одновременно повернулись и встали лицом к лицу. Оба заговорили одновременно. Одинаковыми словами:

– И это он в ответе за это.

На мостике «Томеда» Сэлэтрель вскочила на ноги, когда услышала звон коммуникатора.

– Командор, – позвал Тран. – Мы получаем закодированный сигнал.

– Что за сообщение?

Тран повернулся к своему командиру с недоверчивой улыбкой.

– Пикард на «Челленджере».

Сэлэтрель ощутила, как ее пронзила дрожь надежды.

– Каков источник сигнала?

Возможно ли, что Вокс вернулся? Что Вокс сказал правду?

Но эта правда была даже лучше.

– Сигнал исходит от самого «Челленджера», – сказал Тран. – Командор Сэлэтрель…э то сигнал от Кирка!

– Есть! – воскликнула Сэлэтрель. Не задумываясь, она выхватила из кобуры дизраптор. – Боевая готовность! – выкрикнула она. – Во славу Империи и Дома Чиронсала – боевая готовность!

– Он включает двигатели, – выкрикнул Лэнд.

Т'Пер добавила:

– Разгоняется до прорыва в подпространство, сэр. У него странные особенности.

Левински врезал кулаком по ладони.

– Это ромуланец! Расстояние, мистер Лэнд?

– Пять тысяч километров, сэр!

– Блокируйте все неиспользуемые целевые системы. Мы собираемся вести себя сдержанно до тех пор…

– Он уходит!

– Тогда и мы тоже…

Всего лишь с едва заметным мерцанием в заряженных плазменных ракетах, что прыгнуло с поверхности умирающей звезды, чтобы обозначить их путь, «Аватар Томеда» сошел с орбиты и заложил далекий вираж по курсу, что вернет его к Новому Титану.

Но он не был тем быстрым и тихим мстительным хищником, которым считала его командир.

За ним в космосе двинулся «Монитор», даже не потревожив свет звезд, что он пересек, меняя направление, чтобы соответствовать курсу ромуланца.

Оба корабля, готовые к битве, летели на «Челленджер».

Райкер сильнее сжал фазер.

– Вы оба, отправляйтесь в лазарет, на обследование. Капитан Пикард, каков статус дрона на вашем корабле-разведчике?

– Он думает, что я Локьютус. Он привел корабль сюда.

Спок с негодованием взглянул на Пикарда.

– Как это возможно для Борга – думать, что вы Локьютус, пока вашего сознания нет среди коллектива?

Райкер сделал жест фазером:

– Посол, если я не забыл, дрон, который привел ваш корабль-разведчик, тоже здесь. Ваш разум среди коллектива?

Спок глянул вдаль.

– Видимо, Борг думает так.

Палубу сотрясла дрожь. Высветились предупредительные огни, когда двери шлюзового отсека скоьзнули, закрываясь.

Потом запели сирены красной тревоги и загорелись предупредительные огни.

– Уилл, что происходит? – спросил Пикард.

– Кажется, мы посреди скростной магистрали Борга, – сказал Райкер. Он ударил по значку коммуникатора. – Райкер- мостику. Проезжает еще одно судно Борга?

Ответил капитал Симм.

– Нет, коммандер. «Монитор» только что информировал, что нас вот-вот атакует ромуланкое судно.

Райкер нахмурился.

– Ваши друзья, посол?

– Коммандер Райкер, очевидно, что ваши эмоции возросли от опасности, в которой мы находимся, – ответил Спок. – Было бы мудрее с вашей стороны обдумывать ваши действия в более беспристрастной манере, чтобы избежать слов, о которых вы, возможно, сожалели бы впоследствии.