Я шагнул вперед, и путь увлек меня прочь.

Мы прибыли в квадратную комнату, футов пятнадцати в длину и в ширину. В центре находился деревянный столб, а пол был каменный, забросанный соломой. Горели несколько больших свечей, как в часовне. Две стены были каменные, две – деревянные. В деревянных стенах были деревянные двери, незапертые. В одной из каменных находилась железная дверь без окошка и с замочной скважиной слева. Ключ примерно подходящего размера висел на гвозде, вбитом в столб.

Я снял ключ и быстро заглянул за деревянную дверь справа, обнаружив большую бочку с водой, ковш, а также различные блюда, чашки и прочее. За другой дверью оказалось несколько шерстяных одеял и груда того, что, вероятно, служило туалетной бумагой.

Я вернулся к металлической двери и постучал в нее ключом. Ответа не последовало. Я вставил ключ в замок и почувствовал, что мой спутник сжал мне руку.

– Лучше это сделаю я, – сказал призрак. – Я мыслю, как он; так будет безопасней.

Я отступил в сторону, не желая спорить с очевидным.

– Корвин, – позвал он. – Мы вытащим тебя отсюда. Это твой сын Мерлин и я, твой двойник. Не прыгай на меня, когда я открою дверь, договорились? Мы будем стоять смирно, и ты сможешь нас разглядеть.

– Открывай, – донесся голос изнутри.

Призрак открыл дверь, и мы встали в проеме.

– Кто бы мог подумать? – раздался наконец знакомый голос. – Вы, парни, похоже, не поддельные.

– Именно так, – сказал призрак, – и, как обычно в подобных случаях, тебе бы лучше поторопиться.

– Ага. – Изнутри донеслись медленные шаги, и появился Корвин, прикрывая глаза левой рукой. – У кого-нибудь есть пара темных очков? Больно на свету…

– Черт возьми! – сказал я, ругая себя за то, что не догадался раньше. – Нет, и если я за ними пошлю, Логрус сможет меня засечь.

– Потом, потом. Зажмурюсь и как-нибудь проковыляю. Сматываемся отсюда к дьяволу!

Призрак вошел в камеру.

– Теперь сделай меня бородатым, тощим и чумазым. Удлини волосы и преврати в лохмотья одежду, – сказал он. – А затем запирай.

– Что происходит? – спросил мой отец.

– Твой двойник пока будет представлять тебя в этом узилище.

– Ладно, – заявил Корвин. – Делай то, что сказал призрак.

Я так и сделал. Отец повернулся и протянул руку в камеру.

– Спасибо, дружище.

– Не за что, – ответил двойник, пожимая руку. – Удачи.

– Пока.

Я закрыл и запер дверь камеры. Повесил ключ на гвоздь и повел отца к пути. Тот пропустил нас сквозь себя.

Когда мы прибыли в часовню, отец отвел руку. Должно быть, полумрак не раздражал глаза. Опередив меня, он направился к алтарю.

– Нам надо идти, папа.

Он усмехнулся. Поднял свечку и зажег ею одну из прочих, угасавших, видимо, в определенном порядке.

– На собственную могилу я уже писал, – объявил он. – Не могу отказать себе в удовольствии поставить самому себе свечку в собственной часовне.

Не глядя на меня, отец протянул руку:

– Дай мне Грейсвандир.

Я стянул с шеи оружие и передал ему. Корвин опоясался ремнем и ослабил клинок в ножнах.

– Все в порядке. Что теперь? – спросил он.

Я стал быстро соображать. Если Даре известно, что я в прошлый раз выходил сквозь стены – а такое, в общем-то, вполне вероятно, – тогда стены могут так или иначе превратиться в ловушку. С другой стороны, если мы используем тот путь, которым я пришел сейчас, то вполне можем встретить сбегавшихся по тревоге стражников.

Проклятье.

– Пойдем, – сказал я, возбуждая спикарт, и приготовился унести нас при любом намеке на бесцеремонное вмешательство. – Учти, что наш побег включает в себя левитацию.

Я вновь взял его за руку, и мы приблизились к пути. Как только путь включился, я раскинул энергетическую паутину и по прибытии подкинул нас над полем из клинков и цветов.

Из коридора донеслись звуки шагов. И тогда мы прыгнули в покои Юрта, так как они казались местом, куда в последнюю очередь заглянут, разыскивая человека, сидящего в темнице; кроме того, я знал, что именно сейчас Юрту его апартаменты не понадобятся.