– В теории-то я знаю почти все. Но связываться не стал бы. По-моему, при этом лишаешься части своего человеческого «я». Под конец тебе наплевать на других людей и на общечеловеческие ценности. Кажется, это и произошло с моим отцом.

Что я мог сказать? Либо он говорит правду, либо нет. Люку очень хотелось верить, что отец пошел на предательство под воздействием непреодолимой внешней силы. Я никогда не стал бы его разубеждать, даже если бы наверняка знал, что это не так. Поэтому я рассмеялся.

– В случае Юрта разницу придется искать под микроскопом.

Люк улыбнулся, затем добавил:

– Такой тип вместе с колдуном да еще на своей территории могут запросто тебя уделать.

– Разве у меня есть выбор? – спросил я. – Они охотятся за мной, так что лучше ударить первым. Юрт еще не прошел обработку. Сколько она длится?

– Подготовка сложная и достаточно хитрая, но субъект не обязан присутствовать на всех ее этапах. Все зависит от того, насколько продвинулся Маска.

– Значит, мне надо торопиться.

– Я не позволю тебе идти туда одному. Это самоубийство. Я хорошо знаю Цитадель Четырех Миров. У меня есть небольшой отряд наемников, расквартированных в Тени и готовых к бою при первой команде. Если мы протащим их с собой, они задержат охрану, а может быть, и пробьют нам дорогу.

– Работает ли там твое новое оружие?

– Нет. Мы пытались, когда я атаковал с дельтапланов. Придется сражаться врукопашную. Бронежилеты и мачете, пожалуй, небесполезны. Я подумаю.

– Мы сможем попасть туда при помощи Образа, но войска не пройдут… а Козыри там ненадежны.

– Знаю. Над этим тоже придется подумать.

– Получается, мы с тобой против Юрта и Маски. Если я расскажу кому-либо из наших, они попытаются задержать меня до прибытия Рэндома, а тогда может оказаться поздно.

Люк улыбнулся:

– Знаешь, моя мать действительно могла бы нам пригодиться. Она знает о Фонтане гораздо больше, чем я.

– Нет! Ясра пыталась меня убить.

– Полегче, полегче, дружище. Вначале выслушай!

– Кроме того. Маска переиграл ее при последней встрече. Поэтому она сейчас вешалка.

– Значит, впредь будет осторожнее. Так или иначе, он победил ее не умением, а хитростью. Она достаточно хороша. Очевидно, Маска застал ее врасплох. Она – достойный союзник, Мерль.

– Нет! Она нам всем желает смерти!

– Подожди, – поднял руку Люк. – Кроме Каина вы противники скорее символические. Маска же – настоящий враг, который отобрал у нее нечто ценное и до сих пор этим пользуется. Дай ей выбор, и она выступит против Маски.

– И если мы победим, то после победы над Маской она пойдет на Амбер.

– Да нет же! В этом и состоит вся прелесть моего плана.

– Даже слышать не желаю.

– Потому что ты заранее согласен, правильно? Я только что придумал, как решить все твои проблемы. После того как мы освободим Цитадель, подари ее матери в знак примирения.

– Другими словами, ты предлагаешь вручить Ясре неограниченную власть?

– Если бы она хотела направить ее против вас, то давно бы это сделала. Она боится взывать к полной мощи Цитадели. Кашфа сброшена со счетов, и мать обеими руками вцепится в возможность спасти хоть что-нибудь. Вот где польза.

– Ты в самом деле так думаешь?

– Лучше быть владычицей Цитадели, чем вешалкой в Амбере.

– Черт бы тебя побрал, Люк. Ты всегда умел придавать глупейшим вещам привлекательный вид.

– Это искусство, Мерлин. Ну, что скажешь?

– Надо подумать.

– Думай быстрее. Не исключено, что как раз сейчас Юрт уже принимает огненную ванну.

– Не дави на меня. Я тебе сказал, что подумаю. Это только одна из моих проблем. Сейчас я хочу пообедать, а потом пораскину мозгами в спокойной обстановке.

– Может, расскажешь и об остальных проблемах? Вдруг получится упаковать их в одну коробку?

– Нет, черт побери, нет! Я тебя вызову… скоро. Договорились?

– Договорились. Но я хотел бы быть рядом, когда ты выдернешь мою мамашу. Кому-то надо смягчить обстановку. Ты ведь уже сообразил, как рассеять ее заклинание?

– Да.

– Рад слышать. А я не знал, как это делается, и думал, не переставая. Тогда я здесь все закончу и отправлюсь тренировать войска, – произнес Люк, разглядывая вылезшую из воды девицу. – Позовешь меня.