–  Нет, спасибо.

–  Мудрый шаг. Я сыплю растворимый кофе в воду из горячего крана, а что до чая, я пока не освоила английский способ его заварки.

–  Вы американка?

–  Канадка. Если точнее, уроженка Квебека. Не смущайтесь, это обычная ошибка. Итак, чем я могу вам помочь?

–  Я изучаю дело с компьютерной стороны. Особенно интересует меня веб-сайт Софи. Вы о нем что-нибудь знаете?

–  Это была часть ее работы. Все студенты должны написать теоретические тезисы и представить образцы своей работы для нашего итогового экзамена. Софи с самого начала увлекалась компьютерным дизайном. Я поощряла ее в этом направлении.

–  То есть вы знали о содержании ее сайта.

Лора Силлс покачала головой и выпустила облако дыма.

–  У нас такой порядок. Студент сам должен выбрать направление. Мое дело - поощрять и советовать, а не стоять над душой. Софи, разумеется, показывала мне завершенные фрагменты. В последнее время она работала над видео с участием своих друзей. Использовала куски какой-то старомодной программы, применяя к ним эффекты видеоискажения и преобразования, накладывала новый звук. Лучшие ролики были прямо-таки поразительными. Она говорила, что собирает электронные письма людей, которые видели ее работу по сети, и собиралась вставить эти письма в свои произведения.

–  Значит, вы не знали, что она транслирует по сети секс-шоу?

Лора Силлс улыбнулась:

–  Нет! Нет, я не знала. Хотя слышала, что она выставляет фотографии собственной повседневной жизни на своем сайте. Как раз этим она особенно увлекалась, и один из ее тезисов весьма недурно иллюстрировал побуждения, стоящие за подобными попытками. Хотя я не слышала, чтобы она создавала… Как вы это назвали?

–  Секс-шоу.

–  Да. Ну, у нее, конечно, было смутное стремление к эксгибиционизму. Страстная девушка с почти невротическим ощущением собственной значимости. И какого рода секс-шоу она устраивала? Если только вас не смущает необходимость об этом говорить.

–  Наверное, вы сочли бы, что оно скопировано с порножурналов.

Лора Силлс рассмеялась. Когда она потянулась к пластмассовой чашке, чтобы стряхнуть туда пепел, я увидел пучок черных волос у нее под мышкой. Я был уверен, что она не носит бюстгальтер. Лора снова улыбнулась, поймав мой взгляд, и сказала:

–  Ее родители исступленно либеральны, и Софи из чувства протеста стремилась зайти как можно дальше, нарушая принципы приличия. На первом курсе она спала со всеми, с кем только удавалось. Думаю, у нее накопилось немало эмоциональных проблем, и она пыталась их разрешить. Как и многие юнцы, она жаждала выплеснуть всю свою жизнь в искусство. Она не могла их разделить. По правде говоря, я не считала ее большим художником. Она не пыталась найти в себе что-нибудь по-настоящему оригинальное. Вдобавок она была слишком замкнута, чтобы обладать прирожденной широтой истинного художника. Вероятно, она закончила бы как бледное подобие Трейси Эмин или Сары Лукас. Вы ведь человек грамотный и понимаете меня? О мертвых или хорошо, или ничего. Но я полагаю, вы предпочли бы правду.

–  Ценю вашу откровенность.

–  Я очень откровенная женщина. Это моя сильная сторона, именно ею я увлекаю студентов.

–  Мне нужен список ее молодых людей.

–  Не думаю, чтобы у нее такие были, но позвольте мне кое-что вам показать.

Она порылась в ящике стола, извлекла оттуда диск и вставила его в компьютер, тут же стремительно пробежалась по клавиатуре пальцами, запятнанными никотином. Внезапно пейзаж исчез, начался фильм.

–  Это работа, представленная Софи к концу первого курса, - объяснила Лора Силлс, откинувшись на стуле и наблюдая за мной, в то время как я следил за экраном. Лица мужчин. Портреты, снятые анфас, словно для документов, медленно трансформируются друг в друга на небесно-голубом фоне. Большинство лиц молоды, типичные студенты. Вызывающий взгляд, робость в глазах, отрешенная улыбка. Лора Силлс прокомментировала: - Это те, с которыми она спала на первом курсе колледжа. Она фотографировала каждого сразу после секса. Ничего особенного, но не без достоинств.

–  Догадываюсь, что кто-то убрал имена.

–  Я давала им копии. Как многие хорошенькие девушки, Софи была уверена в себе. Смена партнеров была попыткой самоутверждения. Но она прошла эту фазу и рассталась с ней без каких-либо привязанностей. Меня всегда поражала ее рыбья холодность вкупе с отчаянным желанием всем понравиться.

–   Вы, кажется, не слишком-то ее любили.

–  Знаете, раз уж мы дошли до такой откровенности, могу ли я спросить вас, не хотите ли выпить? Время ленча. Доступ к сети и телефонная связь блокированы каким-то гремли-ном, уцелевшим со дней Инфовойны, а я проторчала в этом кабинете все утро.

Лора Силлс объявила двум пастушкам роботов, что вернется в течение часа, и если они намерены прерваться на ленч, пусть наведут порядок и запрут студию, а потом мы вышли на улицу и направились к бару в подвальчике на Флит-стрит. Оранжевые кожаные диваны и высокие изящные стальные столики расположились на черном полу с голубыми и зелеными прозрачными вставками. Мы устроились на табуретах у стального прилавка. Бармен вручил бокал белого вина Лоре и бутылку легкого пива мне. На ближайшем диване отдыхали две девушки: коротко стриженные светлые волосы, вязаные топы и облегающие шорты. Отрешенно вытянув длинные ноги, они обсуждали кого-то по фамилии Пирс, очевидно, несколько занудного типа.

–  Ваше здоровье!
– провозгласила моя спутница, как только мы получили напитки. Губная помада оставила яркий отпечаток на ее бокале.
– Итак, мы говорили о сексе.

–  Я нашел кое-какие картинки. Их выставил на своем сайте один из поклонников Софи. Она устраивала стриптиз, а затем мастурбировала.

–  Уф!
– Левая нога Лоры Силлс, обутая в яркую пластиковую сандалию, бесцельно покачивалась взад-вперед. Ее педикюр был тоже ярко-красный, на большом пальце ноги - серебряное кольцо.
– Порнография в чистом виде?