— Увидим. — Сержант Хэллер коротко пнул разговорившегося заложника в голень…

На двенадцатом этаже не работали, а жили — это было ясно с первого взгляда. Здесь все было отделано натуральным деревом. Резные двери вели в комнаты, а не в офисы. В просторном холле стояла антикварная мебель: шкафы с книгами, кресла, обтянутые алым плюшем, огромный письменный стол, заваленный бумагами, с декоративной чернильницей и папье-маше. Камин, казалось, еще не успел остыть. На стенах висели пейзажи, скорее всего подлинники известных мастеров.

Но людей здесь не было.

Сержант Хэллер не сразу решился ступить на роскошный ковер.

— Слушайте, шишки, — обратился он к пленным, многозначительно поигрывая тяжелым пулеметом. — Мне нужен ваш начальник.

— А вы записаны на прием? — Среди пришельцев тоже попадались остряки.

— Или вы отвечаете. — Сержант Хэллер не был настроен шутить. — Или вы, повизжав, умолкаете навсегда.

Бойцы уже рассредоточились, заняли позиции для стрельбы, держа на прицеле вход. Только сержант Хэллер и пленники не успели укрыться за тяжелой мебелью. А может, и не собирались.

— Особой тайны я не выдам, — вздохнул самый разговорчивый заложник — Если вы возьмете с третьей полки книгу “Нашествие”, то книжный шкаф отойдет в сторону, открыв проход к кабинету Мастера Уэйда. Наверное, именно его вы и хотели видеть, если так сюда рвались. Больше я вам ничем помочь не смогу. Дверь в кабинет Мастера сделана из композитного материала, который мы применяем для изготовления скорлупы яиц экстерров. Как ее открыть, никто из нас не знает. А взломать ее невозможно.

— Он там?

— Он всегда там.

— Один?

— Вдвоем…

Похоже, пленник говорил правду. Но сержант Хэллер считал, что дверей, которые невозможно открыть, в природе не существует.

— Писатель! Робинзон! Шайтан! Быстро ко мне!.. Несколько секунд понадобилось сержанту, чтобы объяснить бойцам ситуацию.

— …Мы с заложниками останемся в холле. Попробуем начать переговоры, будем тянуть время. Голованов, ты старший.

— Есть, сэр! Разрешите выполнять!

— Что за дурацкий вопрос? Марш!..

Шкаф действительно сдвинулся в сторону, едва Павел потянул к себе серебристый корешок с черным словом “Нашествие”. Мгновение открывшийся ход был темен, словно пещера, потом на полу возникла светящаяся полоса — будто на водной глади расстелилась мерцающая лунная дорожка. Она становилась все ярче, освещая стены, низкий потолок, волнами теней она катилась вперед и упиралась в монолитную дверь, похожую на могильную плиту. Никаких замков, ручек, никаких щелей и скважин — идеально ровная поверхность. Лишь сбоку — круглая белая кнопка и рядом вмонтированный крохотный динамик переговорного устройства.

Что тут взламывать?

— Скорее всего, дверь открывается дистанционно, — предположил Майк. — Может быть, только изнутри.

— Нужно взрывать, — сказал Шайтан, ощупывая преграду.

— Не выйдет, — сказал Павел. — Да и нечем. Попробуем метод Серого Волка.

— Что? — спросил удивленный Шайтан. — Какой-такой метод?

— Сейчас увидишь… Оставайтесь здесь и не шумите. Я быстро.

Он выскочил в холл, бросился к сгрудившимся заложникам:

— Ваши имена и фамилии? Ответили только двое:

— Винсент Джонсон.

— Сэмюэл Гэйл.

— Смитов среди вас нет? — усмехнулся Павел, шутку не поняли.

— Что случилось? — Из-за опрокинутого кресла поднялся сержант Хэллер.

— Все нормально, сержант, работаю. — Павел махнул рукой съемочной группе — “следуйте за мной!” — и, пригнувшись, снова нырнул в проем потайного хода.

Оператор и репортер последовали за ним.

— Тихо! — Павел обернулся, прижал палец к губам. Помедлил немного, осматривая спутников. Легко надавил на круглую кнопку, через секунду отпустил, прислушался.

— Да, слушаю! — почти сразу раздался из динамика дребезжащий голос, принадлежащий, очевидно, пожилому человеку.

— Сэр! — Павел не знал, как следует обращаться к невидимому собеседнику, но решил, что “сэр” — обращение универсальное. — Прошу открыть дверь, здесь отряд для вашей охраны. У нас чрезвычайная ситуация. Я — Винсент Джонсон, со мной Сэмюэл Гэйл. Здесь же сержант Некко с людьми…

Настороженное молчание.

Павел посмотрел на Майка. Тот хмурился. Шайтан, напротив, чему-то улыбался. Из холла донеслись редкие хлопки выстрелов. Что-то загрохотало, словно тяжелый шкаф опрокинулся, возможно, так и было.