Ротмистров впервые услышал раздражение в голосе всегда невозмутимого и старательно доброжелательного полковника. Значит, неясность ситуации и риск, с ней связанный, даже его тренированные нервы расшатывают. И все же майор задал следующий вопрос:

– ФСО наших парней не обнаружила?

– Пока ничего не говорят…

– Снайперы ФСО сели от них в десятке метров, товарищ майор, – доложил старший лейтенант Юганов, на секунду отворачиваясь от монитора. – Если Арбузов храпеть не будет, и не обнаружат…

– А он что, храпит? – сам не выспавшийся, полковник Раздольев юмор старшего лейтенанта не оценил.

– Только когда сильно перепьет, товарищ полковник, – всерьез ответил Ротмистров.

До Раздольева дошел наконец смысл разговора, но полковник ничего не сказал.

Ожидание потянулось так же нудно и утомляюще.

– Интересно, когда прибудет президент, парни из ФСО попрячутся? – зевнув, спросил лейтенант Замышляев, едва шевеля при этом губами – легкий ветерок, в кустах трепеща, и тот был более слышимым. Но чуткий микрофон «подснежника» слова уловил и донес до других.

– Наверное, как рассветет полностью, пойдут себе норы искать, – лениво предположил капитан Арбузов. – Устроятся от нас по другую сторону… Пусть отдыхают, я не против.

– Никуда они не уйдут, – авторитетно сказал Призрак. – Они здесь работают, и президент знает об этом. Личная охрана президента организационно тоже в состав ФСО входит. Так и будут там вертеться, чтобы всех, кого видят, контролировать. Здесь же посторонних будет куча. За ними тоже следить положено.

– Нам же лучше, – заметил Арбузов так же равнодушно. – Больше возможности остаться без пригляда…

– Пригляд от вас совсем недалеко лежит, – заметил лейтенант Локтев издалека так авторитетно, словно монитор ноутбука был перед ним. – Принимайте сообщение… ФСО выставляет вторую линию оцепления. Достаточно плотную. Метрах в ста от меня… Пришлось прятаться, когда они из машин высаживались и проходили. Хорошо, что сначала шли не цепью, а колонной и только ближе к месту начали в цепь разворачиваться. Значит, я при всем своем огромном желании не смогу прийти к вам на помощь, если вас начнут методично расстреливать, поскольку не в состоянии вести наступательный бой против численно превосходящего меня противника… Сами будете выкручиваться…

– Мы крученые, – за всех ответил Призрак. Он залег в своей точке и долго ни с кем в разговоры не вступал, что-то сосредоточенно соображая. И разговаривать начал только в последний момент.

– Лейтенант, я с Ротмистровым поговорить хочу…

– Я его личный переводчик. Что передать?

– Поинтересуйся, видно ли из заброшенной деревни лесопилку?

– Можешь не запрашивать, – вмешался в разговор капитан Арбузов. – Майор не был в деревне. Деревню осматривала моя группа. Вся деревня заросла. Из дальнего дома, что на бугре стоит, видно только крышу лесопилки. Если рискнуть и забраться по гнилым деревам на чердак, можно, думаю, увидеть кусочек стены примерно в середине, но не более. Маленький кусочек…

– Ворота, окно…

– Ни под каким соусом… Даже с тепловизором… Это все прикрыто горами опилок… Из другого окна, в боковой стене, видно кусок дороги… Подъезд к лесопилке…

– Понятно. Самое удобное место для наблюдения, собственно для наблюдения, непригодно… Сама деревня с какой-то точки может контролироваться?

– Из того же дома – полностью…

– Лейтенант, запроси взгляд со спутника – в каких домах деревни сидят парни ФСО?

Запрос лейтенанта Локтева было слышно, но не слышно было ответа Ротмистрова. Но сам лейтенант ответ быстро передал:

– Только в этом самом крайнем доме. Два человека в самом доме, два человека в сарае.

– Капитан… Что собой сарай представляет?

– Собой он представляет именно сарай, и ничего больше… Единственное отличие от обычного сарая то, что не хватает множества досок во всех стенах… Решето, короче говоря…

– А что можно делать в сарае наблюдателям? Там есть где выспаться?

– Только на досках с ржавыми гвоздями… И на прочем мусоре…

– Что тогда там делают два сотрудника ФСО? – Варягов все старался уточнить, чтобы не осталось ни одного вопроса, висящего в воздухе.

Капитан Арбузов ответил вполне конкретно:

– Им там абсолютно нечего делать… Если только они не прячутся от тех, что в доме.

Арбузов с Варяговым переглянулись.

– А если там сидит узел связи? – сам себя и одновременно собеседника спросил капитан Арбузов. – Хотя для узла связи место выбрано достаточно странное.

– Имеем эту точку в виду, – предложил Вадим Александрович. – Будем контролировать плотно. Локтев… Доложи Валентину Николаевичу…

Лейтенант стал пересказывать рассуждения на переднем крае.