– Что мы еще можем предположить? – спросил Варягов.

– Все, что угодно…

– А если себя на место террористов поставить…

– Я бы в этом случае предпочел на танке сюда приехать… Но где здесь танк взять? Не видел, в райцентре не продаются?

– На базаре пара штук, кажется, стояла, – углубленный в собственные мысли, отстраненно сказал Призрак. – Старушка продавала… Соображай…

– Ничего… Без подготовки – ничего… А подготовка может быть какой угодно.

– Будем думать… Кто не думает, тот может слегка вздремнуть, – предложил Варягов. – Время у нас есть… Ночь кончилась, но рассвет еще не наступил. Хотя вот-вот наступит.

На рассвете ситуация, как и ожидалось, обострилась.

– Товарищ майор, – старший лейтенант Юганов протянул Ротмистрову наушники с микрофоном. – Старший лейтенант Романов на связи… Новости…

Ротмистров слегка задремал с открытыми глазами и потому схватил наушники излишне резко, чем вызвал непонимающий взгляд полковника Раздольева, который, казалось, выспался надолго и в нынешнем нервном состоянии не способен был бы уснуть даже в мягкой постели.

– Что у тебя? Началось?

– Я пока отпускаю лесопилку и посмотрю мачту ретранслятора, – сообщил старший лейтенант Юганов и начал переходить с одной камеры спутника на другую, выполняя операцию, которая занимает не одну секунду.

– С дальнего поста мне сообщили, что со стороны дороги человек идет, – начал старший лейтенант Романов. – Машину слышно не было. Но по такой дороге самая лучшая иномарка беззвучно пройти не сможет… Следовательно, идет пешком издалека… Направление в нашу сторону. Несколько раз сверялся по компасу. Местные жители, даже трезвые, по компасу не ходят…

– Вижу человека, – доложил Юганов. – Идет неуверенно и не быстро.

– Снайпер?.. – не удержался и спросил полковник Раздольев.

Ротмистров повторил вопрос в микрофон.

– Пока сказать не могу. Винтовки он с собой не имеет. «Дальнобойку» так просто не спрячешь… Это не «винторез»… Но даже намека на длинный ствол не просматривается. За спиной рюкзак… Что в рюкзаке, узнаем позже.

– Осторожность соблюдайте… Себя не обнаружьте, – предупредил майор. – Если это снайпер, винтовку он где-то неподалеку спрятал. На самой вышке ее точно нет?

– Я все наверху осмотрел.

– Значит, как только винтовка появится в руках, он двинется к вышке. Около дыры его и берите… Подниматься не давайте. И – сразу! – допрос с полной жесткостью… Планы Айдамирова. Нам нужно узнать, где сейчас Айдамиров. Можете «купить» его… Айдамиров специально снайпера сдал. Специально, чтобы от себя внимание отвлечь… На это может клюнуть…

– Ничего снайпер не должен знать… Ничего Айдамиров ему не скажет. – В голосе полковника Раздольева даже нотки отчаяния прозвучали.

Ротмистров ладонью микрофон зажал, чтобы полковнику ответить.

– Но глаза-то он ему не выколол и уши тоже не отрезал… Снайперы умеют наблюдать и слушать… Без этого они работать не могут… Есть шанс, что он нечто услышал или увидел, и если не совсем дурак, то сделал какие-то выводы…

– Он остановился, осматривается, – сообщил лейтенант Романов.

– Это мы видим… – Ротмистров через плечо старшего лейтенанта Юганова на монитор ноутбука смотрел.

– Где-то рядом собака зарыта, то бишь винтовка, – предположил Юганов.

– В кусты двинулся… Но мы эти кусты осматривали, – вспомнил Романов. – Именно там пакет от собачьего корма нашли. Кусты запоминающиеся. Там три больших пня рядом.

– Пакет сейчас где? – спросил Ротмистров с беспокойством.

– На месте, где и нашли… Вдруг это «маяк».

– Правильно.

– Точно… Проверяет. Пакет на месте… Удовлетворен.

– Что он делает? – спросил Юганов, наблюдая за точкой на мониторе. – Странные какие-то движения.

– Шаги от кустов считает. Восемнадцать шагов… – комментировал лейтенант Романов. – Под углом в девяносто градусов налево. Восемь шагов… Под углом девяносто градусов направо. Три шага… Смотрит на вершину березы… Рюкзак снимает… Лезет на дерево… Ловко, как белка… Есть винтовка… В маскировочную ткань замотана. Спускается…

Ротмистров посмотрел на часы, потом за окно глянул. За окном уже почти полностью рассвело, только солнце еще не показалось, но вот-вот должно было вывалиться из-за лесистого горизонта. Переглянулся с полковником Раздольевым. Поняли друг друга без слов. Полковник кивнул, выражая согласие.

– Берите его на месте… Время поджимает. И – сразу допрос. Предельно жестко…

– Работаем…

Вадим Александрович совершенно не чувствовал усталости, хотя за последние дни спать ему доводилось предельно мало. Сказывалось нервное напряжение. Призрак хорошо знал свой организм и помнил, что нервное возбуждение не заставляет его бегать и суетиться, а только повышает внимание, и даже создает эффект внешнего спокойствия.