Шрифт:
– Я восхищаюсь вами, Мария, – отвечал ей дон Густаво. – Вы сумели преодолеть обиду, избежали озлобления.
– Когда я увидела, что мое озлобление убивает Хосе Игнасио, я горько раскаялась.
– К сожалению, от Лорены вряд ли можно ожидать чего-нибудь подобного, – вставил помрачневший Альберто.
– Вы ее знаете лучше. Но ненависти я все же не заслужила. Однако не будем ворошить старое! Лаура теперь поселится в моем доме, и вы сможете приходить, когда захотите…
– Извините, – донья Мати, боясь, что Виктор может уехать и один, не смогла дождаться более удобной паузы. – Мария, прошу тебя на минутку.
Отведя Марию в сторону, донья Мати прошептала:
– Виктор срочно хочет поговорить с тобой. В комнате для гостей. – А про себя добавила: – Господи, прости мне мое вранье!
– Я звал тебя? Ты что? Не нашла предлога для оправданий? – возмутился Виктор.
– Мне не в чем оправдываться.
– А по-моему, есть!
– Зачем ты меня звал?
– Да брось, Мария! К чему эти детские выдумки? Могла бы просто сказать: хочу тебя видеть.
– Ты ошибаешься.
– Тогда зачем ты пришла?
– Донья Мати уверяла, что ты срочно хочешь поговорить со мной. Но раз это не так, то я ухожу.
– Нет, постой. Раз уж ты здесь…
И он опять начал о том же: адвокат Идальго… кокетничала… не можешь жить без обожателей…
– Думаешь, ты мне за двадцать лет не надоела со своими бесчисленными ухажерами? Ты и замуж за меня потому не выходила, что не умела быть верной!
– Зато ты продемонстрировал свою хваленую верность: стоило Хуану Карлосу поцеловать меня силой, как ты сразу же побежал жениться на Кармен.
– Ты и в самом деле не выйдешь замуж за дель Вильяра?
– Ох!.. Вот уж в чем ты можешь не сомневаться!
– Как же я глуп! Я опять ошибся!
– Тут я с тобой согласна: ты очень поглупел. А кроме того, ты так умеешь обижать, что я до смерти твоих обид не забуду.
– Забудь! Прошу тебя! Я проиграл через столько лет терпения и любви!
– Ты еще не проиграл: у тебя есть верная женщина…
– Разве ты не поняла, что это было бегство от тебя? Я люблю тебя!
– А жениться хочешь на ней.
– Я не женюсь ни на ком, кроме тебя. – Виктор стал страстно целовать Марию.
– Нет, Виктор! Ты унизил меня перед ней, выставил ничтожеством. Если ты меня действительно любишь, то откажись от сотрудничества с Кармен, оставь этот магазин.
– Но ведь ты знаешь, сколько я вложил и денег, и сил. Ты жестока!
– Нет. Это единственный способ вернуть нашу любовь. Пока ты не прекратишь всяческие отношения с Кармен, не приходи ко мне.
Виктор ни секунды не стал медлить с отъездом, и донья Мати, огорченная тем, что хитрость ее не удалась, безмолвно последовала за сыном.
Куда более удачливым в этот день оказался дон Федерико. Заметив, как Эстела зачарованно глядит на воркующих жениха и невесту, дон Федерино шепнул:
– Мы бы тоже могли быть счастливыми…
– Ах, дон Федерико, не надо!
– Жаль! Если бы ты чувствовала ко мне хоть немного нежности, – не слишком надеясь на успех, сказал тем не менее дон Федерико.
И неожиданно был вознагражден:
– Мое чувство к вам значительно больше… – произнесла Эстела и осеклась.
– Правда, Эстелита? Я так рад! Выходи за меня замуж. Клянусь, ты не пожалеешь! Я обожаю тебя, а со временем, возможно, и ты меня полюбишь.
– Со временем? Нет, дон Федерико, я… люблю вас. Я поняла, что люблю вас.
– Эстелита! Ты делаешь меня самым счастливым на свете! Дон Федерико, как человек деятельный и достаточно опытный, не стал терять время зря и, воспользовавшись присутствием Марии, попросил у нее благословения на брак.
– Я могу только порадоваться за вас обоих, – отвечала Мария. – Поздравляю тебя, сестра. Желаю вам счастья!
Сама же она ничего, кроме усталости, кажется, уже не чувствовала.
– Вы опять поссорились? – тихо спросил ее Хосе Игнасио.
– Хуже, чем прежде.
– Не огорчайся, мамочка! Все между вами уладится. Если я смог стать счастливым, то и ты сможешь.
– Для меня твое счастье важнее всего.
– Мамочка, я очень люблю тебя! Я благодарен за все, что ты сделала для нас с Лаурой.
– Ты всегда был хорошим сыном. Бог тебя не оставит.
– А ты – самая прекрасная из матерей. Спасибо тебе!..
Но наступило время прощания с гостеприимным ранчо. Мария в который раз благодарила Хасинто, сестер, дона Федерико. Ана согласилась поехать в Мехико, чтобы помогать Лауре. Грустный и тихий Диего безучастно смотрел на все это со стороны. Мария обняла его: