— Мы выйдем на солнце, — с надеждой сказала она. — Здесь можно выбраться.

Снаружи жарко, палочка высохнет, и все будет в порядке.

Она первая подбежала к большой трещине и протиснулась к свету. И охнула от неожиданности. Сразу под ногами начинался обрыв. Практически отвесная скала уходила далеко вниз, в пропасть, где среди камней блестела рожденная в карстовых пещерах мутная речушка.

— Что там? — спросил Снейп. Он отстранил девушку и высунулся сам.

— Так, — услышала она. — Однозначно, здесь хода нет. Была бы метла…

Вернувшись назад, профессор подытожил:

— С этой стороны выбраться нельзя. Вы говорили о сквозном тоннеле. Что находится по ту сторону горы, к востоку отсюда?

— Плато… пустыня… Но вам это и так должно быть известно. Вы же прибыли сюда вместе с остальными — неужели не знали, куда шли?

— Ищем тоннель и идем греться в пустыню, — распорядился Снейп, проигнорировав вопрос. — На солнце палочка высохнет, и наши шансы выбраться резко возрастут.

Вспоминайте дорогу.

Дорогу-то они нашли — по сквозняку, приведшему их в широкий сухой тоннель, на стенках которого виднелись старинные следы заступов — проход сквозь гору был частично рукотворным. Плохо было то, что приближался вечер, и солнце уже клонилось к закату. А ночью в пустыне бывает еще холоднее, чем в пещерах.

— Нам стоит поторопиться, — заметил на ходу Снейп. — Я не могу вернуть вас прямо домой, но могу аппарировать нас обоих в Лондон. Оттуда отправитесь в Стамбул по международной каминной сети.

— Меня нельзя аппарировать, — тихо проговорила ему в спину Халифа. — Только портключ, камин или ковер.

Профессор резко остановился.

— А где мы сейчас находимся?

— Деште-Лут. Пустыня на востоке Ирана.

Плечи Снейпа раздосадовано опустились.

— Замечательно… — процедил он сквозь зубы. — Просто чудесно… Если я правильно понял, вряд ли нам поблизости встретится магическая община с подключенным камином?

— Сомневаюсь, что здесь вообще можно встретить жилье, — с виноватым видом пробормотала девушка. — Если повезет, можно наткнуться на кочевников. Они путешествуют от оазиса к оазису. Но они все магглы.

Снейп сжал кулаки и быстро двинулся дальше, буркнув:

— Будь проклят тот день, когда вы впервые переступили порог хогвартсовских подземелий! Мне следовало еще тогда догадаться, что одним только паршивым удавом дело не ограничится!

Халифа удивленно посмотрела на его удаляющуюся спину и заторопилась следом.

Едва поспевая по усыпанному обломками проходу за стремительно шагающим профессором, девушка уже в который раз порадовалась тому, что у нее не было привычки всюду ходить на каблуках, как, например, у Хаджер Салтинэ, которая даже в спальне цокала шпильками. Вспомнив про нелюбимую одноклассницу, Халифа снова расстроилась.

— Эфенди, вы знали о том, что наставник Сулейман Карзанот — Пожиратель Смерти?

— Нет, — не оборачиваясь, тихо ответил Снейп. — После вашего письма Дамблдор по моей просьбе сделал запрос и проверил списки аврората по разным странам.

Карзанот нигде не числится. Возможно, его завербовали и оставили в резерве. Или же он стал Пожирателем перед самым исчезновением Лорда.

Тоннель начал постепенно подниматься вверх. Близился выход на плато. Сделав короткий привал, Снейп расспросил Халифу подробнее о предмете поисков Волдеморта.

Чуть позже, на ходу, он спросил:

— Но почему ваш фамильный артефакт хранится именно здесь, в Персии? Ведь вы живете в Турции…

— Наши предки переселились в Турцию только в середине шестнадцатого века, при султане Сулеймане Кануни, в Европе больше известном, как Сулейман Великолепный.

Одна из наложниц султана была сквибом из семьи Ранавхан, и по ее совету Сулейман тайно взял к себе на службу колдуна-зельевара из Аравии, — девушка улыбнулась. — В маггловских исторических документах значится, что яды и целебные снадобья для султанского двора готовил индус Машам, а на самом деле…

— Понятно, — кивнул Снейп. — В средние века колдуны частенько нанимались на службу к маггловским правителям. Они нередко влияли на ход истории и достигали огромной власти и богатства… — …которое потомки старательно приумножали, — подхватила Халифа. — Потому-то наша семья и не чурается иметь дела с магглами.

— Так значит, вы по происхождению не турки, а арабы? Но все-таки — почему Персия?

— Сатия Улей Пейфези жила в Аравии, а здесь, в этих краях обитал джинн Дасэ аль-Инфитар.