Тогда Боги сказали: ты Аойя — это значит «последний», и твоя земля также Аойя — также «последняя», и ты, и страна твоя погибнете от огня.

Наступить это тогда, когда в страну твою явятся живые боги, — много богов.

Андрюша вспомнил судьбу их первого вулканического острова, и ему стало жаль добрых, доверчивых, как дети, Аойцев.

— Надо выстроить много больших лодок, — сказал он, — на которых весь народ мог бы спастись, в случае извержения, и добраться до другой земли.

Та-ха на это печально покачал головой:

— Другой земли нет, о, священный дух пещеры! — сказал он.

Андрюша улыбнулся над его неведением и над тем, что их продолжали еще считать выходцами с другого света…

На острове началось тропическое лето. Ребятишки со всей деревни не вылезали из воды по целым дням, а невдалеке от них молодые и старые обезьяны такого же цвета, как люди, бултыхались в озере, подражая детям.

Андрюша и Катя купались в море, к чему приучили юношей и девушек Аойских.

Однажды среди глубокой ночи Андрюшу разбудили взволнованные голоса снаружи.

Мальчик прислушался и разобрал среди шума крики:

— Огонь идет!!

Решив, что на острове пожар, он быстро поднялся к выходу. Здесь Андрюша столкнулся с Та-ха, который, запинаясь от волнения, сказал:

— О, дух пещеры!.. Мы погибаем… С моря на Аойю идет огонь! Много огней! Пойдем с нами и ты увидишь, что ожидает нашу страну.

Когда Андрюша, окруженный толпою смятенных островитян, шепчущих заклинания, и плачущих женщин, пришел на берег океана, он вскрикнул, пораженный увиденным.

Не давая никаких объяснений, он крикнул, что сейчас же надо устроить на берегу большой костер, и сам первый бросился на поиски сушняка.

Аойцы, молодые и старые, все принялись за работу, и мигом была натаскана огромная куча хворосту.

Андрюша сам принялся высекать огонь. Другие юноши в свою очередь стали тереть куски сухого дерева для добычи огня.

Вскоре запылало большое пламя костра, осветившего остров.

Андрюша побежал в хижину к Кате, чтобы разбудить ее и сообщить поразительную новость.

— Мы спасены, Катя! — вскричал он. — Пойдем к морю!

Девочка, привыкшая не расспрашивать, а следовать за другом, быстро присоединилась к нему.

Как только они достигли открытого места, где виден был океан, Андрюша указал на горизонт.

— Корабль! — вскричала Катя.

Они оба быстро спустились к костру, где уже были все жители.

Видя скорее радость, чем испуг, на лицах пещерных духов, Аойцы также успокоились, и их страх сменился любопытством.

Чтоб сделать огненный сигнал яснее, Андрюша придумал сплести из бамбука и листьев нечто вроде заслонки. И этим щитом стали открывать и закрывать свет пламени по тому направленно океана, где виднелись далекие, ровные светлячки корабля.

После этих сигналов вдали над светлячками вспыхнул яркий луч прожектора, осветил полосу неба и упал на остров.

Было ясно, что сигналы замечены.

Наши друзья чувствовали, как нетерпеливо бьются их сердца.

Зоркие глаза островитян рассмотрели движение огней, а когда наступило утро, общий крик Аойцев огласил остров.

— Рыба плывет к нам!! Небывалая рыба!!

И Аойцы не знали, радоваться им или страшиться ее приближения.

Андрюше стоило большого труда объяснить этим большим добрым младенцам, что это такое приближается к острову, но когда они узнали, что на этой большой лодке, или рыбе, много таких же, как Андрюша и Катя, островитяне всячески стали выражать удовольствие тому, что все пещерные духи полюбили страну Аойи: ребятишки закувыркались колесами по берегу, а взрослые захлопали в ладоши…

Когда взошло солнце, от корабля отделилась шлюпка и направилась к острову.

По мере ее приближения, наши друзья разглядели в ней шестерых гребцов, рулевого и господина с подзорной трубой в руках. На шлюпке развивался белый флаг, говоривший о мирных намерениях пассажиров.

Когда шлюпка подъехала ближе, господин отнял от глаз подзорную трубу.

— Катя, Катя! — вскричал вне себя от удивления Андрюша. — Посмотри на этого господина, Катя!