Девчонки были студентками. Третьекурсницами. С периферии. В свое время не очень умные люди популярно объяснили им, что Москва девственницам не верит. Те уши и развесили. Леха не брался сказать, как давно они прошли обряд посвящения в женщины. Но то, что они без комплексов, это было видно сразу.

Две из них разделись с ходу. Джон даже понять не успел, что происходит. А одна бестия уже прыгнула ему на колени. Девчонка кровь с молоком, чуть полновата, кожа розовая, как у молочного поросенка. Джону она пришлась по вкусу. Он показал Лехе кулак, но девчонку на поруки взял.

Леха же взял шефство над Милой. И увел ее в укромный уголок. Чтоб никто не уволок… Он шел на семейно-должностное преступление. Но ничего с собой поделать не мог…

После Милы он долго мылся в душевой, затем потел в парилке. Но чувствовал – душу свою ему не отмыть. Ну какого ляда он залез на эту дуру?..

В комнате для трапезы был накрыт стол. Не обычное пиво с раками. А коньяк, шампанское, водка, холодные и даже горячие закуски. Это Макс постарался. Для своей подруги. Она единственная не оголялась перед всеми. Или такая порядочная, или всерьез на Макса запала?.. Впрочем, Лехе было все равно. Он налег на водку. И старался не обращать внимания на Милу. Зато она липла к нему.

Леха не хотел этого делать. Но так вышло. Он послал ее далеко-далеко. Но легче ему от этого не стало…

Домой Леха вернулся под утро. Слегка покачиваясь, он подходил к своему подъезду. Давно он так не нажирался. Давно не чувствовал себя так скверно. И в придачу к похмельному синдрому тяжесть вины перед Викой.

Он остановился, когда из подъезда вышел его сосед. Муж парализованной женщины. Товарищ по несчастью. В теплом спортивном костюме, кроссовках – на утреннюю пробежку отправился.

Кремень-мужик. По ночам с больной женой гуляет. А рано утром на зарядку. Когда же он отдыхает?..

– Извините, – остановил его Леха.

– Да, я вас слушаю, – холодно взглянул на него мужчина.

Но остановился.

– Это, конечно, нескромно, но у меня к вам вопрос…

– Да?..

– Вы когда-нибудь изменяли своей жене?

Какое-то время мужчина смотрел на него. Сначала с осуждением. Затем в его глазах появилось понимание. А потом он даже улыбнулся, будто для того, чтобы приободрить Леху.

– Я вас, кажется, понимаю… И даже отвечу на ваш, мягко сказать, нескромный вопрос… Я никогда не изменял своей жене. Никогда… Потому что я очень ее люблю. Очень… Чего и вам желаю…

Мужчина исчез. А Леха продолжал стоять на месте. Голова его раскалывалась от боли. Но он не замечал этого. Зато страдал от другого. Душа его наизнанку выворачивалась.

Какой он негодяй! Какой он подлый!..

Он обхватил голову руками. Сделал шаг в сторону и присел на скамейку. И погрузился в транс.

Леха не знал, как долго он так сидел. В чувство его привел сосед. Он возвращался домой после кросса. Бодрый, свежий как огурчик, здоровый как бык.

– Вы меня извините, молодой человек, – сухо сказал он. – Это, конечно, не мое дело. Но мне кажется, вы чем-то очень взволнованы…

– Сегодня. Я. Изменил. Своей. Жене… – медленно, с расстановкой проговорил Леха. – Я подонок…

– Не надо казнить себя. Не такой уж вы и подонок. Ведь вы раскаиваетесь?

– Да.

– И обещаете себе, что впредь этого не повторится?

– Да.

– Вы любите свою супругу?

– Да.

– И будете любить ее до конца своих дней…

– Да.

– Вот видите, все не так страшно… Конечно, плохо, что вы изменили своей жене. Но хорошо, что вы раскаиваетесь, считаете подобное недопустимым… Запомните, молодой человек, любовь – это не пустой звук. Любовь – это очень серьезно. И нужно быть сильным, чтобы любить по-настоящему…

Он уже слышал что-то подобное. Нужно быть сильным, чтобы уметь прощать. Оказывается, чтобы любить, тоже нужно быть сильным.

– Я понял, я все понял…

– Идите домой, успокойтесь. Отоспитесь… А сегодня ночью я вас приглашаю на прогулку. Вас с супругой…

Леха кивнул.

Действительно, Вике нужны прогулки. И общение. Пусть это будет ночь. Пусть рядом с ней будет такое же несчастное существо, как она… Почему несчастное?.. Нет, жена этого мужчины счастлива. Ведь у нее такой сильный и заботливый муж. И Вика тоже должна быть счастлива…

– Алекс! Макс! Жак! Можете меня поздравить! – Джон с трудом сдерживал радость.