— Идет.

Оливер был прав. У них сейчас нет времени на выяснение отношений. Им нужно найти Лоуренса.

Дедушка продолжал молчать, и это беспокоило Шайлер. А вдруг он попал в ловушку, его лишили свободы или даже хуже того? Разумно ли это было с его стороны — отправляться в Рио одному? Или встречаться с командой Кингсли? Того самого Кингсли, который теперь тоже был недосягаем, по словам Блисс. Шайлер до сих пор не понимала, почему Кингсли, принадлежащему к Серебряной крови — хотя и исправившейся, — дозволили снова занять должность венатора. Ее дедушка не страдал излишней доверчивостью, и у него наверняка имелись веские причины снова довериться Кингсли, особенно после того, что произошло в Венеции.

Но все же...

Шайлер беспокоилась.

Она закрыла глаза и подумала о дедушке. Представила себе его львиную гриву и аристократическую осанку. И тут же получила ответ.

«Ты что здесь делаешь?!» — сердито спросил Лоуренс. Он явно был очень раздражен и, хуже того, пребывал, судя по голосу, в полном порядке.

«Э-э... спасаю тебя», — нерешительно отозвалась Шайлер.

В ответ раздался звук, похожий на мысленное фырканье.

«Жду тебя в баре «Паласа», через час».

Когда они встретились в баре в «Копакабана-паласе», Лоуренс был, как обычно, в твиде и плотной шерсти. Лицо его раскраснелось, а по лбу ручьями тек пот. Шайлер подумалось, что, может, он не так бы жаловался на погоду, если бы оделся полегче.

— Тебе нужно было оставаться в Нью-Йорке, — строго произнес Лоуренс вместо приветствия.

Они уселись, и Лоуренс заказал выпивку, «Беллини» для себя и безалкогольную пинаколаду для внучки и ее проводника. Хотя спиртное не действовало на вампиров, Лоуренс предпочитал придерживаться правил, установленных Красной кровью, и не одобрял, когда «несовершеннолетние» пили алкоголь.

— Но, дедушка... я услышала, что у тебя неприятности... — Шайлер смущенно поерзала.

Узнав, что с Лоуренсом все в порядке, она испытала облегчение, но под суровым взглядом дедушки собственные действия показались ей импульсивными и дурацкими. Предпринятое путешествие все больше и больше казалось ей ненужным и излишне драматическим.

— Это новость для меня, — отозвался Лоуренс, доставая трубку.

— Но почему тогда ты не отвечал на мои послания? — спросила Шайлер. — Я беспокоилась.

Лоуренс затянулся, прежде чем ответить.

— Я их не слышал. И вообще ничего не слышал от тебя вплоть до сегодняшнего дня, — произнес он, выпустив струйку дыма.

Официантка принесла заказанные напитки, и они чокнулись бокалами.

— Сэр, здесь не курят, — сказала официантка.

— Конечно. — Лоуренс, продолжая курить, подмигнул ей и поставил на стол серебряную пепельницу, невесть откуда взявшуюся.

Официантка отошла, сбитая с толку, — очередная жертва Контроля. Лоуренс повернулся к Шайлер.

— Ты выполняла упражнения, которые я тебе показывал? Сосредоточивалась, чтобы отыскать мой дух?

— Да, конечно, — с легким нетерпением отозвалась Шайлер.

Тут подал голос Оливер:

— Телепатические послания — они ведь зашифрованные. Не мог ли кто-то... ну, я не знаю... перехватить их? Или каким-то образом стереть?