– Ерунда, – всё ещё уверенно сказал Серёгин.

– Мне бы тоже хотелось так думать, – покивал головой Давид Юрьевич, раскурил сигарилью и нахмурился. – Но у меня уже не получается. Я недавно был… там… и видел. Это очень страшно, ребята. Используются какие-то механизмы управления человеком, которые лежат за пределами воображения. Этого мерзавца слушаются, как бога. Эксперты-аналитики, которые всё это прокручивали, говорят, что на Земле с подобным уровнем подавления личности просто-напросто не встречались, так что нам даже не с чем сравнивать… то есть чего-то подобного можно достичь, ломая человека индивидуально и долго, а здесь – мгновенно и массово… ни Гитлер там, ни исламисты, ни Пол Пот…

– Кто? – спросил Фогман.

Громкий свисток – и машина окуталась мокрым угольным дымом. Из-под моста стремительно вырастал, гоня буруны, остроносый узкий корпус военного корабля. Спаренные воронёной стали пушки носовой батареи, тёмно-красный настил палубы, чёрные козырьки над орудийными площадками, медные начищенные поручни, на верхней палубе и на площадке мачты – шестиствольные картечницы, один в один содранные с земных «гатлингов»…

В первый свой срок Серёгин застал здесь ещё парусные фрегаты с чугунными пушками.

– Допустим, – сказал он. – Но это – здесь… – и вдруг дошло. – То есть вы хотите сказать, что они могут и наших… так же?..

– Не знаю, – сказал Давид Юрьевич. – Просто не имею ни малейшего представления. Ну, а Чихо уверен на все сто, что он в состоянии успешно вести военные действия на Земле – и это факт. Конечно, можно сказать, что мало ли в чём может быть уверен абсолютный психопат…

– …но лучше перебдеть, – согласился Серёгин.

– Лучше. В общем, мы не знаем, каким образом Чихо доставит свои войска на Землю. Просто ли на кораблях, или с помощью чего-то, напоминающего технику Свободных… или же действительно существует туннель, соединяющий Тирон и Землю…

– Что?

– Есть такая… не то чтобы информация, но подозрение, что ли… Изредка на Тироне появляются незарегистрированные люди с Земли, и неизвестно, как они сюда попадают, два таких случая были недавно на юге, в Паооте… то есть один раз это были документы и личные вещи какого-то австралийского лётчика, не помню фамилии, а второй раз – девочка умирала от жабьей лихорадки и в бреду говорила по-итальянски. Никаких сведений мы не получили, но сами факты…

– А откуда известно, что по-итальянски?

– Доктор – эмигрант. Француз. Он и сообщил.

– Может быть, просто похищенные?

– Может быть. Всё может быть… В том-то и дело, что может быть всё. Но с какой бы стати имперцам объявлять тут по всей планете розыск ими же похищенных землян – а лет пять назад такое событие имело место быть… и плюс ещё всякие прочие намёки. Так что мы предполагаем: туннель есть, действует, но скрыт и труднодоступен – с обеих сторон. Имперцы наверняка знают или догадываются о его существовании, но тоже не могут найти…

– Ой-ё…

– Всё это предположения, разумеется. Но сбрасывать их со счётов мы не можем…

– И чем мне предстоит заняться? – спросил, сглотнув, Серёгин. – Искать туннель, или вербоваться к Чихо, или…

– Нет. Это работа не для дилетантов, прошу прощения…

– Чего уж там.

– Наша задача поскромнее: разобраться здесь, на месте, с поставками и поставщиками оружия. Гриша, вы, ещё пара ребят, завтра познакомитесь… Возможно, нам с вашей помощью удастся взять кое-кого на Тангу за яйца.

– Разве у них там есть яйца?

– Есть. Втягиваются в брюшную полость – но есть. Так что при определенной сноровке…

Тряска прекратилась: высокий судоходный пролёт моста закончился маленьким островком, можно сказать, скалой; сейчас будет поворот, поворот, потом крутой короткий спуск – и снова пролёт, теперь низкий, под ним не ходят суда, а разве что лодки – те, которые рискнут забраться сюда, на каменистую мелководь, где пена, воронки и буруны, где сталкиваются беспорядочные бешеные волны.

Отсюда, перепрыгивая с островка на островок, с камня на камень, мост будет тянуться ещё километров восемь. Потому он и Змеиный, что так вьётся…

Глаза Раджаба в полутьме светились.

– Почему до сих пор не летали на Марс? Не высаживались на Луну? Ведь казалось бы – всякого летающего железа предостаточно. Ну да, война и всё такое. Но война уже год как кончилась, а железо осталось. И вот единственная межпланетная трасса – Земля – Титан. Карамболем: Земля – окрестности Венеры – через раз окрестности Юпитера – финиш. Как минимум месяц в одну сторону, при этом масса сложностей, каждый полёт в своём роде уникален. И это при нынешних двигателях и при полном отсутствии проблем с энергией. Вопрос ещё раз: почему?