– Зенит, я три пятерки - один, прошу разрешения на рулежку

– Три пятерки - один, рулежку разрешаю, вам полоса - один

Самолет двигается с места, обзор из кабины этого типа самолета очень плохой, его в шутку называют летающим бронетранспортером - но на своем, домашнем аэродроме базирования - не споткнешься.

Самолеты вырулили на полосу, широкую бетонную дорогу в небо. Летчики покачали элеронами, опробовали рули высоты и остались довольны

– Зенит, я три пятерки - один, занял исходную, прошу разрешения на взлет.

– Три пятерки - один, полоса свободна, взлет разрешаю. Ветер три-пять метров в секунду в левый борт, усиливается. По взлету занимайте коридор номер два, азимут сто тридцать, высота две тысячи. Дальнейшие целеуказания получите от Анода.

– Я три пятерки - один, условия принял, взлетаю.

Обе машины взлетели как по учебнику одна за другой. Старший лейтенант Тимофеев, взлетевший вторым сразу взял курс на пограничную зону - а вот для старшего лейтенанта Анатолия Пучнина задача была посложнее.

Почти заняв назначенный эшелон - двести метров осталось - майор решил связаться с постом наведения.

– Анод, я три пятерки один, занял азимут сто тридцать, высота тысяча восемьсот, прошу наведения!

– Три пятерки один, цель потеряна, навести не можем! Осуществляйте поиск по азимуту сто тридцать!

Вот козлы...

– Анод, вас понял...

Переведя крылья на максимальную стреловидность, а двигатель - в экономичный режим, старший лейтенант начал описывать первую петлю, внимательно осматривая тучи в надеже заметить хоть что-то. Он понимал, что сам вряд ли что-то найдет, только если очень повезет - и ждал, пока Анод или Зенит снова нащупают цель. В это время Анод был занят работой по неизвестному новому объекту и заодно - перебранкой с таллиннскими гражданскими диспетчерами, которым появление в воздухе перехватчика сильно осложнило и без того нелегкую работу.

В пятнадцать - тридцать одну Анод выдал на Фиалку неверный курс цели номер восемь-два-пять-пять, статус - "чужой". В пятнадцать тридцать две пост "Зенит" восстановил радиолокационный контакт с целью - но уже с совершенно другими характеристиками: высота тысяча пятьсот (до потери четыреста пятьдесят) скорость восемьдесят (до потери двести). Эту цель и повели как номер восемь-два-пять-пять. Проложив вероятный курс, на цель навели перехватчики взлетевшие с аэродрома Громово, взлетевшими на перехват в 14.40. Самолеты с Громово осуществили сближение и доложили, что цель не наблюдают. В результате Анод решил, что цель восемь-два-пять-пять - плотная стая птиц.

Погода портилась. Причем катастрофически. До метеоминимума******* пока не дошло - но если такими темпами...

Нижний край облаков моментально ушел на сто метров, в некоторых местах уже начинал крапать дождь. Топлива для поисков оставалось еще достаточно - но если погода резко ухудшится, то следует дважды подумать, прежде чем уходить далеко от аэродрома. Надо оставить достаточно топлива на посадку в сложных метеоусловиях.

Облачность была не сплошной, сквозь разрывы в несущихся на полном ходу левиафанах туч проглядывало солнце, и это давало еще какую-то надежду, что облачность протянет в6етром и хоть немного распогодится. Тогда можно будет надеяться на чисто визуальный поиск, сейчас - шансов визуально найти воздушную букашку в такой облачности - нет.

– Анод, я три пятерки один, прошу наведения на цель!
– попробовал на удачу старший лейтенант Пучнин

– Три пятерки один, контакт отсутствует. Доложите по метеоситуации.

– Анод, я три пятерки один, нижний край облаков на сотне, осуществлять визуальный поиск не могу. Прошу разрешения сместиться по азимуту сто двадцать для дальнейшего поиска, эшелон прежний...

– Три пятерки один я Анод, даю добро сместиться по азимуту сто двадцать, эшелон две тысячи для продолжения поиска. При визуальном обнаружении нарушителя немедленно доложить!

– Есть.

Самолет потряхивало в воздушных потоках, ветер еще усиливался. Тучи темнели - а это признак нехороший, к ливню или даже граду. Еще только не хватало - садиться на мокрую полосу.

Старший лейтенант, твердо удерживая ручку управления, пошел по разрешенному азимуту - но не напрямую, а описывая большие круги. Задача у него было сложной - летел фактически по приборам, за самолетом нужен был глаз да глаз - и в то же время надо было смотреть по сторонам, не мелькнет ли где в разрыве туч нарушитель. Сами попробуйте так полетать...

И тут он мелькнул! Левее, почти на пределе видимости - что-то, он даже не понял, что, какое-то пятнышко мелькнуло и пропало. В нормальных обстоятельствах он даже не обратил бы на это внимание - но тут он уменьшил угол атаки крыла и стремительно бросился туда, где только что что-то было.

На втором заходе - он заходил по широкому кругу, вертя головой как сумасшедший и откровенно рискуя с кем-нибудь столкнуться в этой облачности - да хотя бы и с нарушителем, которого он пытается перехватить - старший лейтенант снова нашел его - уже совсем рядом...