– Вот как...
– Дженна Вард нащупала тему - как интересно... И куда же идет эти деньги?

Миллс моментально замкнулся в себе, спрятался - как черепаха в раковину.

– Я не... прошу вас рассказывать... но намекнуть то вы хоть можете.

– Пока не знаю - буркнул бухгалтер.

И на этом - все...

Аэропорт Равалпинди - тогда он еще не назывался "Имени Беназир Бхутто", только за громогласное произнесение этого имени можно было попасть в полицейские застенки был большим, плохо построенным и грязным. Грязнее было только в Африке, где миссис Вард тоже успела побывать. Много военных, много американцев, шум и гам. Рядом - военный аэропорт, военные самолеты-истребители взлетают с таким ревом, что дрожат стекла. Таможня, группа худых, раздраженных таможенников в военной форме у каждой стойки, с автоматами. Почти третья часть из прибывших идет через "зеленый коридор" без досмотра. Военные, в Пакистане военные - это особая каста, даже в мелочах - им законы почти не писаны.

Очередь двигается медленно, чем то воняет...

Когда дошла очередь до нее, она не сразу поняла, что за вопрос ей задали - с таким ужасным акцентом говорил по-английски таможенник.

– Дженна Вард. Репортер. Пресса, понимаете?
– при этом миссис Вард улыбалась, потому что Ридерс Дайджест рекомендует американцам при поездке в страну, где население плохо понимает английский или совсем не понимает - постоянно улыбаться

После третьего раза страж воздушных ворот государства Пакистан понял - нажал кнопку - и почти сразу же к стойке подошли офицер и двое солдат. Офицер что-то сказал, негромко и четко - и по этому сигналу один из солдат ловко подхватил ее большой чемодан.

– Что вы себе позволяете!? Я американская гражданка!

– Идти с ними. Помогать. Не кричать - таможенник все-таки что-то сумел донести до кипящего от возмущения разума американской туристки-репортерши.

Сопровождаемая взглядами людей из очереди, миссис Вард пошла за офицером и солдатами, уносящими ее вещи.

Путь был недолгим - они нырнули в какой-то темный, плохо освещенный коридор, прошли по нему затем повернули. В коридоре было много дверей, все одинаковые, без номеров, расположенные слева. Около одной из них офицер остановился, постучал, потом приоткрыл дверь и что-то сказал. Получив ответ, распахнул дверь шире и показал рукой. Поняв, что от нее требуется, миссис Вард зашла в кабинет, следом солдат занес ее чемодан и поставил у двери. Дверь захлопнулась.

Кабинет был точно таким же, каким миссис Вард представляла кабинеты в КГБ. Она никогда не была в КГБ и не имела дел с КГБ- но почему то ей казалось, что кабинеты в самой зловещей советской организации будут выглядеть именно так. Голые стены, покрашенные масляной краской. Простая мебель из дерева и металла, грубо сработанная - такую обычно делают заключенные. Лампа с абажуром на столе - нетрудно себе представить, что абажур может быть повернут и мощный поток света устремится в лицо подозреваемому. За столом, на котором лежат какие-то дела в картонных обложках, две ручки, карандаш и ее темно-синий паспорт, сидит среднего роста худой человек в очках с роговой оправой.

– Присаживайтесь.

– Я американская гражданка и вы не имеете права меня задерживать.

– Вас не задержали. Вас пригласили на беседу. В стране опасно, действуют бандиты, это обычная беседа. Присядьте.

Пакистанец прекрасно говорил по-английски, впрочем здесь английский многие знают в совершенстве, как-никак бывшая британская колония. Английский язык учат в военных училищах, в армии его знание обязательно.

Поняв, что лучше не перечить облеченному властью человеку, миссис Вард села на самый краешек стула, опасаясь порвать колготки.

Человек тем временем листал ее паспорт.

– Дженна Вард - констатировал он, перелистывая страницы.

– Может быть, и вы представитесь?

– Майор Махмуд, межведомственная разведка. Вы являетесь гражданкой США?

– Да.

Во многих странах это было своего рода проходным билетом. В этой тоже должно было быть, учитывая, какую помощь США оказывает этим подонкам.

– С какой целью вы решили посетить государство Пакистан?

Майор немного неправильно строил фразы, что выдавало то, что английский язык не являлся для него родным.

– Я хочу отдохнуть.

Майор положил паспорт на стол, внимательно посмотрел на нее

– Государство Пакистан не является традиционным местом отдыха для граждан вашей страны, миссис Вард.

– А я люблю экстремальный туризм.

– И какие же места вы намереваетесь посетить?

– Здесь я хочу посмотреть мечеть Барл Имам. Потом я направлюсь в Пешавар.

– Мэм, Пешавар не лучшее место для туристов.

– А я все равно хочу посмотреть. Обожаю опасные места.

– И не только посмотреть, но и заснять?
– разведчик указал пальцем на стоящий у стены большой чемодан с вещами - насколько я знаю у вас там большая профессиональная фотокамера, диктофон. В другом чемодане есть и другое оборудование, все это мы видели на рентгеновском аппарате. На кого вы работаете?

Господи...

– На саму себя. Такой ответ вас устроит. Да, я репортер, хочу немного поработать в вашей стране, окей? Это не запрещено?

– Какого рода репортажи вы собираетесь делать, мэм?