– Репортажи о природе и племенах Пакистана, окей? Вот, меня наняли люди и Нэшнл Джеографик, они хотят что я написала про Пакистан. Вот.

Миссис Вард порылась в сумочке и бросила на стол шпику визитную карточку

– Вот. Видите! Это визитная карточка их главного редактора. Если не верите мне - позвоните и сами убедитесь, что я не вру!

Пакистанец повертел визитку в руках - и неожиданно ловко перебросил ее обратно

– Видите ли, мэм. У нас очень красивая природа, и вы и самом деле можете ее снять и сделать хороший репортаж. Но вот соваться в племенную зону я вам не советую.

– Это почему же? Местные боятся, что фотоаппарат заберет часть их души?

– На вашем месте я бы серьезнее к этому относился, мэм. На границе есть очень много мест, где власть правительства - это чистая формальность. Там очень много опасных людей и у этих людей есть оружие. Если вы пойдете к ним и скажете что хотите делать о них репортаж - скорее всего вас просто похитят и нам придется разбираться с этим. Понимаете, что я имею в виду. Нам не нужны никакие осложнения на границе.

– Мне они тоже не нужны - сказала американка, но уже не так уверенно.

– Значит, в этом мы с вами ... сходимся, так кажется правильно? Возвращаясь к вопросу который я задал и не получил правдивого ответа: с какой целью вы приехали в государство Пакистан.

– Я же сказала - сделать репортажи для Нэшнл Джеографик!

Майор снял очки и положил на стол. Без очков он казался каким то... жалким, или стремился произвести как раз такое впечатление.

– Послушайте, мэм. В связи с известными вам событиями в нашей стране в последнее время находится очень много американцев. Я ничего не имею против этого - но находятся люди, которым это очень не нравится. Некоторые американцы приезжают сюда чтобы облегчить страдания пакистанских беженцев - но вместо этого отправляются домой в гробу. Афганские беженцы - совсем не те, какими вы их представляете, это опасные, лживые и коварные люди. Если вы собираетесь ехать в Пешавар, в лагеря беженцев и там снимать - то можете оттуда не вернуться. У нас есть пул репортеров, специально сформированный для таких случаев. Предлагаю к нему присоединиться и тогда мы сможем гарантировать вашу безопасность.

Миссис Вард начала снова выходить из себя

– Я приехала для того чтобы сделать репортажи для Нэшнл Джеографик! Что в этом непонятного?!

Спецслужбист внезапно потерял к ней интерес.

– Хорошо. Если вам так будет угодно.

Из ящика стола он достал и выложил на самый край стола перед ней бумагу, заполненную убористым текстом на двух языках и ручку.

– Прочтите, подпишите.

– Что это?

– Правила поведения журналистов на территории государства Пакистан. Находясь у нас в гостях вы обязаны им подчиняться.

– А если не подчинюсь, тогда что?

Спецслужбист улыбнулся

– Высылка из страны в двадцать четыре часа. Если это будет возможно. Я уже предупредил об опасности работы в приграничных районах.

Документ был зубодробительный иначе и не скажешь. На двух листах, разделенных на две половинки - для английского и местного, арабского вероятно - были написаны правила, при этом львиную долю составляли правила начинающиеся со слова "нельзя". Нельзя было многое - появляться в зоне племен и в приграничных районах, снимать на пленку военные объекты, военную технику и военнослужащих, брать интервью у военнослужащих, брать интервью у полицейских без разрешения их начальства, брать интервью у госслужащих без разрешения их начальства, подходить к лагерям беженцев без специального на то разрешения... сразу всего и не упомнишь.

– Я должна это подписать?

– Верно.

Миссис Вард поставила свою подпись на каждой странице, а текст на незнакомом ей языке несколько раз перечеркнула - мало ли что там могли написать.

– Это все? Я свободна?

Спецслужбист достал из ящика штамп, такой же как ми у таможенника, раскрыл паспорт, поставил печать.

– Добро пожаловать в государство Пакистан. Мы вас проводим до стоянки такси.

– Это еще зачем?

– Мэм, среди таксистов много грабителей и разбойников. Увидев молодую, одинокую женщину, они могут решиться на преступление.

Не дожидаясь ответа, майор подошел к двери, отрывисто и резко сказал что-то. В кабинете появился солдат, подхватил оба ее чемодана. Солдат был молодым, тощим, голенастым и каким-то несчастным.

– Прошу, мэм.

Они снова долго шли по каким-то коридорам, грязным и тускло освещенным, мелькнула даже мысль что они спустились под землю. Но нет, они вышли на стоянки и такси, раскрашенное всеми цветами радуги бодро подрулило к ним.

– Счастливого пути, мэм. Водитель владеет английским он довезет вас куда вы скажете.

Ага и заодно потом доложит куда именно отвез. Старый прием.

– Спасибо, майор!
– Дженна Вард вымучила из себя знаменитую "бронебойную" улыбку, села в такси. Солдат положил прямо в салон оба чемодана.

– Куда едем, мэм?

Водитель такси был молодым, черноусым, плохо выбритым и хитрым на вид. В салоне грохотал американский рэп.

– Вас как звать?

– Псарлай.

– Как?!

– Псарлай. Это на пушту означает "весна". Так куда едем?