Ругая себя за любопытство, я откинула плед и на цыпочках подошла к Дэйру. Помялась немного — и осторожно коснулась рукой его лба.

Горячий. С такой температурой обычно не живут. Это не человеческие смертельные сорок два, и даже не аллийские сорок семь. Градусов шестьдесят, не меньше. Водой такой температуры некоторые сорта чая заваривают. А тут — кровь по жилам…

Кажется, в Дэриэле уже сейчас гораздо больше от шакаи-ар, чем от аллийца. Что же станется с ним потом?

Я наклонилась ниже, всей кожей ощущая жар.

Губы у него были красные, будто искусанные. И — гладкие, как вишневая кожица. Наверное, тоже регены виноваты…

А клыки уже выросли или еще нет?

Я осторожно коснулась пальцем нижней губы — и отдернула руку. По спине мурашки пробежали. В голову полезли всякие ужасы — как Дэйр вдруг открывает глаза — а они не темно-зеленые, а ярко-алые, будто у киношных монстров. Или, не просыпаясь, подается вперед, клыками впиваясь в мою нежную шею… Или притягивает к себе, и…

Золотистые ресницы слабо дрогнули. В ногах образовалась некоторая слабость.

— Найта, ты дура, — четко выговорила я вслух, отсаживаясь обратно в кресло и натягивая плед до самого носа.

Полегчало. И всякая ерунда перестала мерещиться.

Но подушечку пальца еще долго жгло воспоминанием о прикосновении к горячим губам.

Шло время. Меня начало клонить в сон. Неудивительно, после всех волнений. Сначала я пыталась бороться с дремотой — а вдруг понадоблюсь Дэйру? Но веки становились все тяжелее, кресло — все мягче, и вскоре я провалилась в темноту. Естественно, ничего хорошего мне присниться не могло. Демоны, хохочущие белобрысые головы, аллийки с кровожадно сверкающими глазами и липкий мрак наполнили ночные видения.

Абсурдные — но при этом жутко правдоподобные.

Очнувшись от очередного кошмара, я подолгу вглядывалась в полумрак, пытаясь сообразить, реальность это уже или еще нет. Уже под утро мне приснилась Айне, почему-то разбирающая компьютер.

— Э-э, с каких это пор ты записалась в кружок юных техников? — недоуменно поинтересовалась я, присаживаясь рядом с ней на край стола.

Пророчица наградила меня мрачным желтым взглядом.

— Ни с каких. Сон такой просто. Зато я разобралась во всех этих микросхемах… Можно подумать, у тебя сны интереснее, — фыркнула она.

Я пожала плечами.

— Зато жизнь скучать не дает.

Айне загадочно улыбнулась, откладывая в сторону какую-то плату.

— Да уж, только ты расслабишься, и сразу — бах!

— И скоро будет очередное «бах»? — хмыкнула я, всем сердцем надеясь на ответ вроде «лет через сто» или «затосковать успеешь».

— А прямо сейчас, — пророчица склонилась над вскрытым системным блоком. — Бах.

— Что? — вырвалось у меня удивленное…

И сон взорвался оглушительным грохотом, от которого заныл затылок.

Я распахнула глаза, хватая ртом воздух.

Светало. Кресло мое было опрокинуто, плед сполз с колен на плечи. Голова, очевидно, болела не из-за шума, а оттого, что я с размаху треснулась затылком об пол. Интересно, если при таком количестве падений навзничь и столкновений лбом с дверцами холодильника, шкафа и прочими твердыми предметами я так ни разу и не получила сотрясения мозга… Это что, значит — в моей голове пусто? Философский вопрос, однако.

Но в данный момент меня больше всего заботило вовсе не это.

— Дэйр? — неуверенно спросила я у нависшего надо мною аллийца. Руки его упирались в кресло рядом с моей головой. Он был сам на себя непохож: зрачки опалесцировали в темноте, волосы слегка шевелились, будто змеи… Это у Дэриэлла! Милого, домашнего, цивилизованного!

Сейчас этот «цивилизованный аллиец» скалился, обнажая великолепные белоснежные клыки. Классический прикус шакаи-ар. И выражение в глазах… жадное такое. Голодное.

— Дэйри? — на сей раз вышло еще тише и беспомощней.

Он медленно вдохнул, чуть прикрывая золотистые ресницы… и плавно скользнул вниз. Роскошная медовая шевелюра сползла с сиденья кресла, заключая нас в мерцающий шелковый шатер.

— Дэйри… — я изо всех сил старалась унять бешено колотящееся сердце. Сделать это, когда мое лицо и Дэриэлла разделяло всего несколько сантиметров, было невероятно трудно. — А тебе действительно удобно вот так сидеть? Я бы пополам сломалась на твоем месте. Или у шакаи-ар другая степень гибкости позвоночника? Никогда такого за Ксилем не замечала, а ты?

Я болтала, что придется, лишь бы отвлечь его от своей персоны. Но, кажется, у Дэйра были другие планы на меня.

Он порывисто склонился еще ниже… я зажмурилась… и с ужасом почувствовала, как по щеке прошелся горячий влажный язык. Раз, другой — и третий, уже медленнее.