А мне почему-то вспомнилось, как опасно и хищно светились в темноте зеленые глаза… Как горячо пылала кожа… и это чувство мурашек по спине и сладкого бессилия… И подумалось: иногда я не против видеть Дэйра слегка голодным.

Лицо бросило в жар.

Я потерла щеки, заливаясь краской. Вечно в голову лезет всякий бред.

Максимилиан одарил меня до отвращения понимающим взглядом. Телепат, чтоб его.

Постойте. Но ведь Дэйр сейчас тоже…

Ой, мама… Пойду-ка я отсюда подальше.

— Ты куда это? — иронично поинтересовался Ксиль, сцапывая меня и притягивая к себе. — Как будто раньше твои мысли не читали. Или ты боишься, что объект твоего восхищения отнесется к твоим восторгам с юмором?

Я замялась. На Дэриэлла смотреть было страшновато.

— Ну, это другое дело… или ты, или Тантаэ, или всякие посторонние шакаи-ар… а Дэйр — это Дэйр, — совершенно непонятно даже для себя пояснила я.

Ксиль с коротким смешком чмокнул меня в макушку.

— Глупенькая. Пока Силле свои способности освоит, не один год пройдет. Я начал кое-что в телепатии понимать уже после кровавого безумия, так что не переживай, успеешь привыкнуть к мысли, что твоя голова без ментального щита — это проходной двор… Кстати, о кровавом безумии, — он поднял глаза на замершего Дэриэлла. — Не думаю, что тебе грозит что-то подобное. «Безумие» — это, вообще-то, результат лавинообразного нарастания количества регенов в крови, а у тебя они практически не возобновляются. Что же касается голода… Как себя чувствуешь сейчас? — коварно поинтересовался князь. — Не хочется запустить зубки в шейку Найты или мою, скажем?

Дэриэлл задумчиво скользнул по мне взглядом — я поежилась — и задержался на горле князя.

— Как тебе сказать, Ксиль… Причина, по которой мне тебя хочется покусать, кажется, кроется совсем не в чувстве голода, а… как бы это выразить поточнее? Гм… В том, что ты… нахальная язва? Не так… эгоистичная зараза? — Дэйр с сожалением качнул головой. — Нет, все не то… м-м-м… Потому что ты — Ксиль? — светски улыбнулся он.

— Шутишь — значит, все в порядке, — ничуть не обиделся князь. — Значит, вопрос исчер… — он осекся и растерянно оглянулся назад. — Звенит что-то.

Дэйр вскинулся.

— Где?

— В коридоре, похоже. Как будто стекло дребезжит.

— Это зеркало, — Дэйр метнулся к шкафу, вытащил первую попавшуюся рубашку и накинул поверх вылинявшей футболки. — Совсем забыл. До меня сложно добраться, если контакт идет с незнакомого зеркала. Пришлось поставить защиту лет двести назад, — пояснял он, быстро застегивая пуговицы. — Бегом. Нэй, одерни свитер, у тебя живот голый торчит.

— Ничего не торчит, — обижено поправила его я, но свитер все-таки одернула. Между прочим, это из-за Дэйра же одежда и в беспорядке.

— Конечно-конечно. Ты самая худенькая из нас, хоть силком откармливай, — серьезно кивнул Дэйр и выскользнул из комнаты.

Я так и осталась стоять столбом. Потом задрала обратно свитер и уставилась на талию. Брюки я ношу сорок четвертого размера, ну, иногда только сорок второго. Вроде не кожа да кости.

— Я ведь не тощая или это был сарказм? — в пространство поинтересовалась я.

Ксиль улыбнулся:

— Только не вздумай заболеть этой жуткой девчачьей болезнью «похудею и поправлюсь, а сама себе не нравлюсь». Идем, Найта.

Он вдруг стремительно наклонился и чмокнул меня в живот. Я взвизгнула и резко натянула свитер вниз, чуть ли не до колен. Князь расхохотался, подмигнул — и устремился за Дэйром.

— Подожди! — спохватилась я, влезая в тапочки и выбегая в коридор.

До зеркала, конечно, мне удалось добраться только с опозданием, когда связь давно уже была налажена. Максимилиан и Дэриэлл стояли и хмуро переглядывались. По блестящей поверхности то и дело проходила рябь, но в побеспокоившей нас в такой ранний час особе я сразу признала Лиссэ. Тетушка была встревожена и выглядела так, будто никак не могла отдышаться.

— Нэй! — воскликнула она, едва завидев меня. — Нэй, случилось невероятное! Леарги отрекся!

Я застыла, словно врезалась в стену. Звенья мыслей потянулись друг за другом, выстраиваясь в логическую цепочку.

Леарги отрекся… значит, власть над Пределами теперь принадлежит…

— Нэй, теперь Повелительница — Меренэ!

Меренэ.

Ненавидящая Дэйра.

Лишь вчера потерявшая возлюбленного…

Боги, что же теперь будет?

Помехи по зеркалу шли уже почти сплошняком.

— Где ты сейчас? — быстро спросил Дэриэлл. — Почему связь такая плохая?

— Во дворце, — откликнулась Лиссэ. Из-за хрипов и шума слова скорее угадывались, чем слышались. — Слухи об отречении бродили с самого бала в честь юбилея Меренэ. А сегодня на рассвете был созван малый совет, на котором Леарги отрекся от трона. «Я устал, пора уступить престол наследнице…»

Окончание фразы утонуло в скрежете, а зеркальная поверхность потемнела. Дэйр поморщился и пнул раму.

Изображение прояснилось.