Максимилиан вздрогнул так, будто его ударило током.

— А зачем терпеть? — тихо произнес князь, и неясная угроза-предвкушение в его голосе заставила заподозрить что-то даже Дэриэлла — новичка в изучении безумных повадок шакаи-ар. — М-м-м… беги, Силле. У тебя есть две попытки, — он облизнул бледные губы — раз, другой, будто они мгновенно пересохли. — Возможно, даже три. У меня есть настроение… поиграть.

— Ты потратил слишком много энергии, — запоздало догадался Дэйр, невольно отступая на шаг.

У меня невольно промелькнула мысль: «Не только я медленно соображаю, когда дело касается шакаи-ар!», а потом в голове словно щелкнул переключатель. Раз — и глаза Максимилиана стали черными, а Дэриэлл словно в мгновение ока поседел.

Транс.

Вот ведь… вовремя. На две минуты бы пораньше…

— Верно, — склонил голову князь. У него была странная улыбка — едва заметная, лишь слегка намеченная, какая бывает у робких старшеклассниц на школьных фотографиях, но ощущалось это, скорее, оскалом хищника.

Только весь мой страх куда-то испарился. И руки дрожать перестали.

— Я не собираюсь убегать, — гордо вскинул голову Дэриэлл. Свесившиеся пряди закрыли половину его лица. — Я не могу оставить Нэй тебе.

Оказывается, даже эстаминиэль в трансе умеют смеяться. Звук этого смеха, звонкий и острый, слышался будто со стороны.

— Дурачок, — одновременно сказали мы с князем. А потом Максимилиан уточнил: — Храбрый дурачок. Мне не нужна сейчас Найта. Только ты. Твой запах. Твой страх. Твоя кровь. Я хочу немного согреться, Силле, солнце… — протянул он так сладко и мучительно, что у меня по спине побежали мурашки.

— Смотри не обожгись, — предупредила я. Темная сила поднималась изнутри — не смертельная для моего возлюбленного, но все же опасная.

Максимилиан обернулся ко мне и медленно склонил голову на бок. Я видела все необычайно четко — тень от каждой ресницы, темный волос, выскользнувший из прически и перечеркнувший наискосок лицо, линию губ, словно прорисованную тушью.

— Найта… Такая сильная и храбрая, — он вдруг оказался совсем близко, и даже в трансе я не сумела за ним уследить. — И такая наивная, — горячие, словно раскаленные пальцы коснулись моего виска, огненной меткой скользнули вниз. Меня не парализовало, я не оцепенела — просто вдруг пропало всякое желание двигаться. — Не бойся, я не съем твоего наставника. Но могу я получить чуть-чуть… удовольствия?

— Нет, — сказала я.

— Могу, — улыбнулся князь. На этот раз клыки было прекрасно видно.

Острый коготь кольнул в шею — не больно, как искра из костра.

Я прерывисто вздохнула — и отключилась.

Лежать было очень удобно — под спиной что-то мягкое, голова на прохладном шелке подушки, одеяло теплое, но почти невесомое… Только шея почему-то онемела. Но разбудило меня вовсе не это, а сладкий запах свежеиспеченной сдобы.

Сначала я даже приняла его за галлюцинацию. Но в нем было столько оттенков… Мягкость масла, острая кислинка теста, свежесть горячего яблочного варенья, которая мягко обволакивает язык, почти обжигая, стоит лишь откусить пирожок…

Та-ак.

Пироги с яблоками. И с корицей. Я знаю только одного человека… одну особу, которая может готовить их так, что даже аромат даже мертвого из могилы подымет.

Я открыла глаза.

Полумрак, картины на стенах и ужасные золотистые портьеры до пола, которые мне никогда не нравились… Малая гостиная в усадьбе Лиссэ, я полагаю.

Совсем близко, за дверью, контур которой мягко светился, разгоняя темноту в комнате, тихо смеялись, звякали чашками о блюдце и вполголоса переговаривались.

Я искренне обиделась. Вот ведь… аллийцы. Пьют чай, а меня не зовут.

Стоп. Нападение — голод Ксиля — обморок — дом Лиссэ… Если в комнате аллийцы — а я совершенно точно слышала хихиканье Ани и глубокий голос Дэйра — то где тогда прикопали труп поверженного князя? Гм… зато сразу понятно, что празднуют.

Ворча и потирая шею, как старушка, я сбросила одеяло, влезла в домашние туфли и пошлепала к двери. Разумеется, она была только прикрыта— от кого ее запирать? Но увиденная картина поразила меня настолько, что я быстро захлопнула дверь и ущипнула себя за руку. Похоже, не сплю.

Но ведь это же не может быть правдой! Тетушка Лиссэ, с улыбкой протягивающая нахальному князю пирожок на блюдце — не с ядом, случайно? Дэйр, доливающий князю в чашку кипятка — в чашку, а не на колени! И Ани… кстати, где Ани?

— Э-э… — я робко выглянула из-за косяка. — Ребята, вы мне не снитесь? Вы друг друга еще не покусали?

— Ну, кое-кто и покусал, — с легким неодобрением покосилась Лиссэ на жмурящегося, как довольный кот, князя. «С легким неодобрением! Это не Лиссэ, это ее клон!», — с ужасом подумала я. Или Ксиль промыл им мозги. Ага, точно. — Но все уже улажено. Нэй, дорогая, проходи, садись. Мы как раз пьем чай. Не думала, что ты так быстро очнешься. Присаживайся здесь, — аллийка подвинулась, освобождая мне место.