Ее губы изогнулись в иронической улыбке:

— И не забывай, что ты намереваешься отдать меня стае оборотней.

— Это не решено, — проворчал он. — Сальваторе не захотел начать переговоры. Пока он этого не сделает, не будет и речи о том, чтобы ты куда-то отправилась.

Ее взгляд вернулся к амулету, который она машинально поглаживала.

— И все же ты прав. Мне надо бояться и ненавидеть тебя.

Ее откровенные слова заставили его вздрогнуть.

— Так почему ты этого не делаешь? Действительно, почему?

Дарси глубоко вздохнула:

— Честно говоря, толком не знаю. Возможно, потому, что не чувствую себя настоящей пленницей. В конце концов, ты ведь не запер меня в комнате, ты позаботился о том, чтобы домоправительница всегда готовила мои любимые блюда, и даже отправил беднягу Леве, чтобы он забрал мои растения. — Она пожала плечами. — Или, может быть, потому, что я мыслю не так, как большинство людей.

Он картинно поднял брови:

— Да неужели?

— Это для тебя не сюрприз, да?

Его лицо смягчилось.

— По-моему, ты — женщина, которая прислушивается к велениям своего сердца, а не разума.

— Другими словами, я импульсивна и, как правило, совершенно лишена здравого смысла, — сухо согласилась она.

— Другими словами, ты добрая и чуткая и способна увидеть хорошее даже в тех, кто не заслуживает твоего сочувствия. — Его рука легла ей на затылок. — Даже в безжалостном вампире с холодным сердцем.

Дарси медленно покачала головой:

— Сердце у тебя не холодное, Стикс. Наоборот.

Он поджал губы:

— Ангел, с тобой мало кто согласится.

— Только потому, что ты изо всех сил стараешься казаться безжалостным, — заявила она. — Несомненно, это помогает тебе создавать образ хорошего вождя, но я-то знаю правду!

— Вот как?

Он рассматривал ее с потрясенным вниманием.

— Да. — Дарси ненадолго задумалась и поняла настоящую причину, по которой не может смотреть на него как на своего врага. — Все, что ты делаешь, включая и мое похищение, ты делаешь ради блага своих людей. Они — твоя семья. Твоя ответственность и твой долг. И чтобы их защитить, ты готов сделать все, что угодно, даже умереть. Я тебя за это уважаю. Если бы у меня были близкие, то я делала бы то же самое.

Что-то вспыхнуло в глубине его глаз.

— Ангел… — Громкий стук в дверь заставил его резко оборвать фразу. — Проклятие, Деанджело, убирайся!

— Господин! — Низкий бесстрастный голос легко проник сквозь массивную дверь. — У вас просители.

— Просители? — удивилась Дарси.

С недовольной гримасой Стикс поднялся на ноги. В неярком свете его обнаженное тело блестело, словно безупречная бронза.

— Вампиры, которые ищут справедливости. Боюсь, мне придется этим заняться.

Дарси с трудом справилась с желанием провести ладонями по скульптурной линии его ноги. Чтоб он пропал, этот Деанджело с его несвоевременным появлением!Ей ужасно не хотелось отпускать Стикса. Только не сейчас, когда он выглядит настолько вкусно, что слюнки текут.

К сожалению, она сознавала, что у Стикса есть обязанности, над которыми они оба не властны.

— Королем быть трудно, да? — вздохнула она.

— Как правило, да, — проворчал он и, натянув кожаные брюки, устремил на нее жадный взгляд. — Ты дождешься моего возвращения?

Она невесело улыбнулась:

— А я могу куда-то уйти?

Он наклонился, чтобы сорвать опьяняюще-нежный поцелуй.

— Никуда.

— Так я и знала.

Стикс не мог отрицать, что ушел от Дарси с чувством острого разочарования. Странно. Он уже успел утолить и свою страсть, и жажду крови. У него не было никаких разумных причин задерживаться в ее обществе.

Но конечно, в его отношениях с Дарси не было ничего разумного.

Они выходили за пределы потребности в сексе и крови. Они даже не ограничивались необходимостью выяснить, из-за чего она настолько важна для оборотней.

Истина заключалась в том, что в присутствии Дарси его жизнь была иной.

Он становился не просто суровым хранителем или всесильным предводителем вампиров.

Он был… мужчиной.

Мужчиной, который слишком давно забыл о том, какой драгоценностью может стать истинная спутница.

Чудесная, прекрасная, нежная спутница, конечно, совершенно сумасшедшая, раз с такой готовностью демонстрирует опасному вампиру свою симпатию.

Тряхнув головой, Стикс заставил себя отбросить мысли о Дарси и постарался сосредоточиться на текущих делах.