на восток, говорят там обжитые земли.

— Я хотел спросить. Про татуировку на руке.

— А…. Это татуировка русских десантников. Нас сбросили в Америке перед тем, как

началась война.

— Но тогда вам…

— Очень много лет. — Он перебил меня. — Да это так. Я помню эту планету еще

зеленой. Но тебе пора идти. Прощай.

— Почему прощай? Может, еще увидимся. Я вернусь.

Грустная улыбка промелькнула на лице Дима. В глазах застыла печаль.

— Если только через сто лет.

Я пошел по дороге, медленно поднимаясь на холм. Сцилла сидела на плече. За мной

с грохотом захлопнулись ворота Перекрестка. Поднялся на холм, обернулся, чтобы в

последний раз бросить взгляд на деревню и обомлел. Перекресток исчез. Его просто-напросто

не было в низине. Абсолютно пустое место. Что это было? Деревня призраков?

Другое измерение? Деревня, которая появляется раз в сто лет? Или темпоральная

бомба, сброшенная на неизвестную деревню?? Я так и не узнаю. И мы пошли по старой дороге навстречу новым Перекресткам Жизни.

Ветер крепчал. Он бросал песок в глаза, пытался сбить меня с ног, завывал в ушах

хором адских чертей. Я шел через силу, ветер дул мне в лицо. Надвинув свою

видавшую виды панаму цвета хаки пониже на глаза, и закрыв лицо сменной рубашкой,

так чтобы виднелись одни щелочки глаз, я шел, сгибаясь под порывами ветра

Пустыни.

— Как там?

Голос Сциллы, залезшей в мой рюкзак, казался тихим из-за ветра, постоянно

менявшего свое направления и дующего то в спину, толкая меня вперед, то в лицо,

почти останавливая мое продвижение.

— И ты еще спрашиваешь? — мысленно ответил я, вкладывая в эту фразу целый букет

настроения и чувств.

— Скоро начнется Буря. — Похоже, она не отреагировала на мое поганейшее

состояние. — Надо прятаться.

— И что.. — Я поперхнулся, новый порыв чуть не снес меня с ног. — И что ты

можешь предложить? Зарыться в песок?

Из Алекса Рэпея так и пер неисправимый старый циник.

— Может быть, у меня бы это и получилось, но ты слишком высокий. Надо искать

здание.

— Здание?!! Здесь?!!! Посреди Пустыни в штате Монтана? Не смеши меня!

Она промолчала, и я был ей благодарен, не было времени препираться с разумной

кошкой в этом аду песка и ветра.

Я знал этот ветер. Мой старый знакомый. Однажды, когда мне только стукнуло

двадцать, он застукал меня южнее Нью-Рено. Тогда я чуть было не умер. Тоненький

тепленький ветерок превратился в ревущий ветер, поднимающий стены песка. А затем

началась Песчаная Буря. Страшнее ее в Пустыне только отряд Анклава. Мне повезло,

я нашел пещерку в склоне холма и просидел в ней четыре дня, пока ветер не утих.

Сейчас навряд ли я найду такое убежище. Через минут двадцать начнется Буря и нас

со Сциллой просто-напросто поднимет в воздух. Приземлимся мы где-нибудь в Техасе,

это конечно в лучшем случае.

Ветр сбил меня с ног и протащил по земле. Сцилла в рюкзаке слабо пискнула. Я

вцепился руками в песок, пытаясь удержаться и в то же время, понимая всю

бесплодность своих жалких попыток противостоять надвигающейся стихии. Ветер

волочил меня по земле, а затем со всей силы я ударился о стену. Воздух вылетел

из легких, ребра отозвались яркой вспышкой боли в голове.

Я с удивлением уставился на так неожиданно подвернувшуюся на моем пути преграду.

Здание. Если бы ветер не протащил меня, то я бы прошел мимо, так и не заметив

строения в плотной завесе песка и пыли. Идя вдоль стены почти в слепую, мешал

усиливающийся ветер, я попытался найти дверь или хотя бы окно, но добравшись на

ощупь до края стены я нашел пустоту. От старого здания осталась лишь одна стена.

Великолепная шутка судьбы! В этот момент я понял всю несостоятельность моих

жалких попыток выжить. Кажется, Костлявая меня поймала на свою косу.

Рев ветра неожиданно смолк, и наступила оглушающая тишина. Это еще одна

особенность Песчаной Бури. Этакое затишье. Чем оно дольше, тем сильнее Буря.

Сквозь пелену оседающего песка и пыли, метрах в тридцати от меня я увидел темный

смутный силуэт. Еще одно строение, более приземистое и низкое, серый железобетон,

занесенный песком. Очень похоже на военное сооружение. Я бегом направился к нему,